Читаем Брат-чародей полностью

…Как вскоре выяснилось, они проторчали всё это время чуть ли не под воротами Асберилли, последнего крупного ренийского города на западной дороге. Городок, как придирчиво оценил Гилл, был ещё тот. Несмотря на относительную близость гор, свои дома его жители предпочитали строить из дерева. И хотя двухэтажные хоромы с высокими крылечками (Кастема уверял, что здесь почти каждую весну случаются паводки) впечатляли своими размерами и тонкой деревянной резьбой, всё ж он не мог отделаться от ощущения, что это просто большая деревня — хотя и довольно зажиточная. По крайней мере, судя по запаху, коров держали, казалось, в каждом дворе. Центр же города — с очищенным от снега тротуаром, мощеным булыжником, с часовой башней, с каменным зданием Королевской миссии и даже с театром (Гилл чуть не свернул себе шею, стараясь рассмотреть его со всех ракурсов) — имел более респектабельный вид. Да и постоялый двор тоже выглядел гораздо привлекательнее тех развалюх, в которых им приходилось останавливаться…

…После сытного ужина, бывшего, вопреки уверениям старухи, весьма неплохим, Гилл перебрался поближе к теплой печке. От нечего делать он стал разглядывать посетителей и хозяина, маленького подобострастного человечка, самолично прислуживавшего своим гостям. Людей было немного — несколько степенных горожан что-то негромко обсуждали за столом, заставленными полупустыми блюдами; трое длинноусых солдат хмуро потягивали пиво; мальчишка, моложе Гилла, жадно хлебал жидкий суп. Было тихо и сонно. Гилл начал уже подремывать, как в комнату шумно ввалилась какая-то веселая компания. Хозяин засуетился — нетрезвые голоса вразнобой требовали "в-вина, и побольше!". Потом один из новоприбывших не с первой попытки смог усесться за стол, чем немало позабавил Гилла и всех остальных.

В общем, как к чародею подсел худой незнакомец с рукой на перевязи, он не заметил.

— Отвезти, как обычно… чересчур… вчера… борода… не верят, сволочи!… теперь мне грозит… а я говорю, где вы видели… разве это не… видел своими… борода… — Гиллу отсюда было плохо слышно, о чём говорит с чародеем высокий усатый незнакомец с повадками бывалого военного, но подходить ближе он не собирался, почему-то опасаясь, что Кастема улыбнется и добродушно отошлет его гулять куда подальше. Судя по всему, мужчина пытался в чём-то убедить чародея, а тот, похоже, ему не особенно верил. И при чём здесь борода, о которой он так настойчиво толкует? Он, что, повздорил с цирюльником?

Кастема опять лениво покачал головой; незнакомец закусил губы — разговор, кажется, зашел в тупик. Потом тот встал и, не говоря ни слова, ушёл. Чуть огорченный пустой развязкой заинтриговавшей его поначалу истории, Гилл бросил недовольный взгляд на спокойно сидевшего чародея — и потихоньку стал снова клевать носом… Негромкий шум пьяных голосов, умиротворяющий стук посуды поднялись к высокому потолку и окутали ватным одеялом всю комнату… "А винцо-то дрянь, хозяин!" — сидевший к нему спиной горожанин взмахнул рукой и поймал парившего в воздухе маленького подобострастного человечка. Тот плаксиво забился, пытаясь вырваться из цепкой хватки. "Лучшее вино — то, за которое расплачиваются вовремя… вовремя… вовремя!" — загрохотало вокруг. Горожанин отбросил человечка и стал отбиваться от полетевших в него серых прозрачных шаров с циферблатом внутри, и тут Гилл с тихим ужасом увидел его лицо — безглазое и безносое, но заросшее огромной чёрной бородой!

…Гилл дернулся и выпрямился на стуле. Сердце бешено стучало. "Клянусь своей лавкой, завтра заплачу тебе весь долг!" — горожанин просительно уставился на стоявшего за стойкой хозяина; его куцая рыжая бородёнка пьяненько дрожала.

Приходя в себя, Гилл уже спокойнее оглядел зал.

Чародея не было.

Гилл почувствовал, как, словно в продолжение кошмарного сна, чужая сила сорвала его с насиженного места и толкнула к выходу. Что-то было непонятно. Что-то случилось. Замотав головой, он остановился — и повернул к хозяину.

— Где мой товарищ? Ты не видел, куда он ушёл?

Человечек поднял на него слащавые глаза и затараторил:

— Это тот, который разговаривал с капитаном? А он ушёл с ним, ушёл-ушёл, неосторожно это, зря, капитан, говорят, с дурными людьми связался, ну да каждый сам себе господин, лишь бы мне платили за постой, а я человек мирный…

Гилл скривился, как от зубной боли, и бросился к выходу. Зимний вечер встретил его лёгким снежком. Гилл внимательно огляделся вокруг.

Никого.

Он судорожно сжал зубы, занывшие от холода ещё сильнее, и побежал по плохо освещённой улице. Мороз тут же ударил его в грудь, убедив перейти на быстрый шаг; но чувство неведомой опасности снова заставило его увеличить скорость. Он побежал во весь опор — и неожиданно почувствовал странное спокойствие.

Не думая ни о чём, он уверенно бежал, сворачивая, где надо, в совершенно незнакомые улочки. В какой-то момент ножны ударили его по ноге; не останавливаясь, он поправил пояс — и тут же услышал шум драки — и припустил ещё сильнее.

В открывшемся переулке молча рубились чёрные тени.