Каждый день на цеховой доске объявлений указывалось, сколько металла прокатала наша смена, сколько — Орлова. Раз в месяц подводили итоги: то Орлов обходил нас, то мы его. А качество у бригад было хорошее. Мы знали, что наша сталь шла на танковые и авиационные заводы, а с них — прямо в бой!

И после войны П. Е. Орлов и С. И. Леонтьев задавали тон в стахановском движении, на их счету было еще немало добрых дел. За это — заслуженные награды. Петр Евсеевич был награжден орденом Ленина, медалью «За трудовую доблесть», Семену Илларионовичу еще в апреле сорок четвертого был вручен значок «Отличник социалистического соревнования черной металлургии» (такую же награду получил и я в то время), а позднее был он награжден двумя орденами Трудового Красного Знамени.

Уже в мирное время специалисты подсчитали: в последние годы Великой Отечественной войны в каждом третьем танке и боевом самолете была наша челябинская сталь. В каждом третьем! Для людей моего поколения это о многом говорит. Значит, не напрасно мы трудились дни и ночи, выдавая сталь для Победы.

Наш рабочий университет

Мастер… Мы часто произносим это слово. И вот в каком смысле: мастер — значит руководитель, организатор производства. И — все. А ведь мастер — это прежде всего мастеровой работник, который умеет что-либо сделать, как никто другой. Помню, еще в Усть-Медведицкой станице, когда кто-нибудь из соседей собирался, скажем, ворота починить или новую печь сложить, неизменно говорили: «Схожу-ка за мастером…» Значит, за человеком, у которого золотые руки.

Если ты мастер, — значит специалист своего дела, умеющий сделать его лучше другого. Нелегко стать хорошим мастером-плотником, мастером-каменщиком, мастером-металлургом.

Я расскажу, как мы работали в первые послевоенные годы, как становились мастерами своего дела.

Мы должны были в кратчайший срок увеличить производство проката и повысить его качество. Меня к тому времени назначили мастером участка нагревательных печей. Вместе с инженером-технологом и конструкторами стали искать новые резервы повышения производительности станов.

Коммунисты выступили инициаторами соревнования за более полное использование действующих агрегатов. И здесь мастера стали организаторами и вдохновителями этого движения.

На нашем стане «350» тон стахановской работе задавали смены мастеров-коммунистов Семена Илларионовича Леонтьева и Дмитрия Ивановича Глазунова. Многое здесь зависело от опыта, мастерства и таланта самих руководителей.

Дмитрий Иванович, как и многие из нас, начал трудиться на «Красном Октябре». Мы вместе работали там сварщиками металла, вместе прибыли в Челябинск, монтировали стан «350», осваивали работу нагревательных печей. Всю войну работали с ним на этом участке. Более надежного помощника у меня не было, Дмитрий в совершенстве овладел профессией сварщика. И когда он вдруг заявил, что хочет поступить на курсы вальцовщиков, я поначалу удивился.

— Иван Александрович, тут я все давным-давно освоил, все знаю как свои пять пальцев, а меня к новому потянуло, — ответил он. — Учеба на курсах и будет этой самой отдушиной. Кстати, в нашем цехе очень не хватает вальцовщиков.

Дмитрий был настойчив в достижении своей цели. За короткое время овладел новой специальностью и год спустя уже работал старшим вальцовщиком. Потом он стал руководить нашей сменой. Был он очень строг к себе, это давало ему право требовать дисциплинированности от подчиненных. Добивался от каждого полной ответственности за его участок работы, воспитывал в людях добросовестное отношение к труду, в то же время чутко и внимательно относился ко всем их нуждам. Если рабочий обращался к нему с каким-то вопросом, он никогда не ссылался на занятость, старался оперативно решить его. За безупречную работу Дмитрий Иванович был награжден орденом Трудового Красного Знамени.

Первой в цехе перекрыла проектную мощность стана смена Семена Леонтьева. Победили опыт, мастерство. Примеру Леонтьева последовали другие, и прежде всего Николай Белоусов и Дмитрий Глазунов. Началось соревнование за достижение высокой производительности в фактический час работы стана. Благодаря этому план третьего года пятилетки наш коллектив выполнил на 118 процентов, а проектную мощность агрегата перекрыли на 12 процентов. Причем все участки работали ровно, значительно перевыполняя задания.

Самым «узким местом» в ту пору стали давно устаревшие и несовершенные нагревательные печи. Мы поставили перед руководством цеха вопрос — нужна коренная реконструкция всего печного хозяйства. Некоторые инженеры скептически отнеслись к этому предложению. Но начальник цеха М. Е. Бойко, был тверд в своем решении:

— Мы должны работать, думая не только о сегодняшнем дне. Жить надо в основном днем завтрашним!

Мы, сварщики, горячо взялись за реконструкцию. Все печи по очереди переделали. Реконструкция была действительно коренной — печи перевели на отопление коксо-доменным газом, увеличили их длину на два с половиной метра, расширили площадь пода.