Читаем Большая кровь полностью

Все очень просто. Не сумев создать плацдарм для наступления на Минск у Борисова и форсировать Березину по автостраде Москва — Минск, командующий Западным фронтом решил просто обойти препятствие, возникшее в лице дивизии Нерин-га. Семен Константинович пытался повторить маневр Бонапарта, которого в ноябре 1812 года тоже ожидали у Борисова, а он взял и форсировал Березину выше по течению — у деревни Сту-денки. Занятное совпадение — район контрудара мехкорпусов Алексеенко и Виноградова пролегал неподалеку от места переправы Бонапарта.

Командующий 13-й армией П.М. Филатов высказал маршалу Тимошенко свои сомнения:

«Без авиации и зенитных средств им... будет крайне трудно выполнить задачу. Да и бросить в наступление два танковых корпуса без авиационного прикрытия и поддержки в нынешней ситуации, по-моему, опрометчиво. Они под ударами вражеских ВВС, скорее всего, застрянут в межозерных дефиле и болотах под Лепелем» (Абатуров В.В. 1941. На Западном направлении, с. 106).

Однако, как известно, общественное мнение — это мнение тех, кого не спрашивают. Что же касается отсутствия прикрывающей авиации... Куда подевались те две авиадивизии, которые были переброшены в район Орши в конце июня — начале июля? Они были уничтожены «ягдфлигерами» 51-й JG в течение нескольких суток. Помимо погибшего 4 июля (на следующий день после поражения 1-й мотострелковой дивизии у Немонницы) Супруна, сводки безвозвратных потерь за июнь — июль пестрят погибшими и награжденными посмертно офицерами-летчиками.

Немецкие асы, во главе с «Буссарди» — Вернером Мельдер-сом, катком прокатились по летчикам-испытателям Супруна и Малышева и даже не заметили какой-то существенной разницы между ними и обычными «линейниками» ВВС РККА. Прав был Гюнтер Ралль — быть хорошим летчиком (а советские испытатели ими несомненно являлись) и хорошим истребителем — две большие разницы, это приходит только с боевым опытом, а он у испытателей Супруна отсутствовал. Об уровне летной подготовки советских пилотов красноречиво свидетельствует тот факт, что известный немецкий ас штурмовой авиации Альфред Друшель (действовал в составе II.(Sch)/LG2) как раз в центральном сек-i ope фронта только за первую неделю боев на биплане Hs-123 (!) сбил 7 советских самолетов.

Таким образом, к моменту удара мехкорпусов немцы действительно обладали полным превосходством в воздухе в этом районе. Но не спешите обвинять командзапа Тимошенко в тупости. У него были свои расчеты при проведении наступательной операции именно в районе Лепеля.

Для начала необходимо понимать, что это был не контрудар, а первая стадия наступательной операции — задуманных «клетей» над Минском (через неделю начала движение и вторая половина — в наступление на Бобруйск двинулись 21 -я и 4-я армии Западного фронта).

Ударом на Лепель Тимошенко пытался убить сразу нескольких зайцев. Основной задачей являлся захват района Лепель — Бегомль—Докшицы: здесь сходятся несколько дорог. Тем самым перерезались коммуникации механизированных колонн противника, двигавшихся в направлении Полоцка, Витебска и Великих Лук. О выдвижении этих колонн Тимошенко знал по донесениям разведки, это видно из все той же разведсводки № 18:

«На лепельском направлении противник силою до двух танковых дивизий и одной-двух моторизованных дивизий к исходу 4.7.41 г. передовыми частями вышел на рубеж Двина, Орехово, Лепель, имея основную группировку в районе Лепель, Глубокое, Долгиново, Докщицы.

В 10.00 3.7.41 г. — колонна танков, голова — Волоки, хвост — Бегомль.

Утром 4.7.41 г. Лепель занят мотомеханизированными частями противника.

5.504.7.41 г. — колонна танков, голова—Глубокое, хвост — Поставы.

6.004.7.41 г.— колоннатанков, голова —у Пышно, хвост—Долгиново. (Предположительно, что это та колонна, которая отмечалась 3.7.41 г.)