Читаем Большая кровь полностью

Тактические расчеты Тимошенко тоже не оправдались: немецкие танковые соединения в этом сложном рельефе отнюдь не «потерялись», главной же бедой стала авиация противника, которая, по идее, не должна была обнаруживать советские танки в лесу, но которая очень даже легко их там обнаруживала. Каким образом? Проще пареной репы. Семен Константинович никогда не командовал механизированными соединениями, а потому как-то не учел, что танк — не человек, и в лесу, под деревьями и кустами прятаться не умеет, да и не пролезет он между стволами. Советские танки и в лесу торчали на открытых участках — вдоль дорог, и немецкие «штуки» там их и находили, просто летая над магистралями.

«Потери у 5-го и 7-го мехкорпусов большие. Сейчас 5-й у Орши и 7-й у Витебска и юго-западнее будут действовать во взаимодействии с пехотой. Противник применяет поливку зажигательной смесью... танки горят(температура горения кусков огнесмеси зажигательной авиабомбы или зажигательных баков с фосфорным патроном 1 ООО— 1200 градусов по

Цельсию. — С.З.). Самые большие потери от авиации. Потеряно 50% матчасти, и большая частьтанков требует уже ремонта» (Абатуров, с. ПО).

К9 июля наступление полностью провалилось, ноТимошен-ко и Маландин продолжали врать Сталину:

«Подвижная группа 20-й армии, атаковав противника в районе Сенно, Бол. и Мал. Липовичи, разгромила два полка 27-й моторизованной дивизии, уничтожила тяжелую батарею, три легких батареи и пять орудий ПТО. Противник, оставив много убитых, отходит на запад, преследуемый 5-м мехкорпусом»... (ЦАМО. Фонд 208. Опись 2511. Дело 20, листы 194—195).

В тот самый день, когда «противник, оставляя убитых и раненых, отходил на запад», 17-я танковая дивизия немцев заняла Сенно, по свидетельству Гота, «после тяжелого оборонительного боя». Вдумайтесь — они заняли Сенно после оборонительного, а не наступательного боя. Красноречивое свидетельство потерь советских частей в наступлении и панического отхода — после неудачи. 9-го русские потеряли не только Сенно, но и Витебск.

С легкой руки некоторых авторов, удар 5-го и 7-го МК представляется как «грандиозное танковое сражение южнее Витебска». Но никакого танкового сражения, несмотря на то что противостояли друг другу механизированные соединения, там не было. Там просто негде сражаться танкам — российские историки понятия не имеют о рельефе в указанном районе, я же с этим рельефом знаком с детства (моя родня из тех мест). А рельеф таков: куда ни кинь взгляд — всюду лес сплошняком. Затем редкий просвет — проселочная дорога (которую легко перекрыть даже одним противотанковым орудием), с обеих сторон зажатая чащей (маневра вправо — влево никакого), и снова лес, насколько хватает взгляда.

Все сражение свелось к тому, что мехкорпуса бестолково тыкались в эти просветы, пытаясь продвинуться в направлении Jle-пеля. Немцы же все просветы перекрыли противотанковыми рубежами, в бесплодных атаках на которые корпуса теряли свои танки (точь-в-точь, как это делали их коллеги под Гродно, Радеховом или Дубно). Азатем следовала атака вражеской авиации...

Выставив на пути наступающих танков Курочкина подвижный барьер из нескольких танковых дивизий, немецкое командование тем временем в глубине своей обороны подготовило три ударные группировки, после чего нанесло три последовательных удара.

С 10 июля 3-я танковая группа Гота, разгромив 22-ю армию Ф.А. Ершакова, двинулась на Великие Луки, а правым своим флангом 13 июля — в обход Смоленска с севера.

11 июля 2-я танковая группа Гудериана прорвала оборону советских войск между Оршей и Могилевом и, окружив 13-ю армию, своим левым флангом замкнула кольцо окружения вокруг Смоленска с юга.

А части 21 -й армии М.Г.Ефремова 13 июля, вместо того чтобы воздействовать на правый фланг Гудериана у Могилева, ушли на правый берег Березины, реализуя свою половину уже провалившегося плана наступления на Минск—двигаясь на Бобруйск и подставив собственные тылы под удар 24-го мотокорпуса немцев.

Так завершилась попытка превентивного реванша на Березине и одновременно началась смоленская катастрофа, означавшая, по сути дела, проигрыш всей кампании 1941 года.

Тимошенко от ура-победных рапортов перешел к посыпанию головы пеплом: