Читаем Большая игра полностью

– Не надо, – с трудом прошептал президент.

Я осмелился слегка повернуть голову, чтобы через узкую щелку прикрытых глаз увидеть, что там происходит.

Хазар прижимал президента к полу, одной рукой сдавливая ему горло, другой сжимая пистолет. Он злобно смотрел на него сверху вниз, скаля белые зубы. Воспользовавшись моментом, я вытянул руку, нащупал пальцами лук и подтянул его поближе.

Хазар сильнее вдавил пистолет в шею моего друга.

– Мне приказали доставить президента живьем, но теперь…

– Приказали? – прохрипел президент, чье горло крепко сжимала рука Хазара. – Что это значит? Что тебе надо?

– Некогда мне с вами болтать. – Голос у Хазара был по-звериному груб.

– Ответь! – не унимался президент.

Хазар насмешливо улыбнулся и сильнее вжал дуло в тонкую кожу.

– Поздновато захотели узнать, как все должно было случиться.

– Скажи! – настаивал президент, пытаясь вывернуться.

Хазар втянул ноздрями воздух, и на скулах его заиграли желваки. Он посмотрел в мою сторону – я успел закрыть глаза. Он, рыча, прочистил горло и сказал:

– Вас должны были держать под замком и снимать на видео. Каждую минуту заточения выкладывать в Интернет.

– Но зачем?

Я приоткрыл глаза и увидел, как Хазар вплотную наклонился к президенту. Он злорадно скалил зубы, всем видом показывая свое торжество. Хазар поймал свою добычу.

– Через неделю вас бы обезглавили, – продолжил он. – Кадры этой казни разнесли бы по всему миру весть, что война с терроризмом в самом разгаре. Правительство США удвоило бы финансирование ЦРУ, страны бы начали выдавать нам преступников, делая вид, что не подозревают об ожидающих их пытках на допросах. Такой вот план игры.

– Так ты, значит, чертов террорист. Я думал, ты охотник.

– Так идиот Моррис думает.

Хазар снова посмотрел в мою сторону, и я зажмурился. Но наш враг потерял бдительность, он наслаждался собой.

– Но я куда важнее, мистер президент. Я посредник, организатор, и я свое дело знаю. Вас бы я представил мучеником, на радость народу. Правительство раздуло бы свой антитеррористический бюджет, а вице-президент был бы тут как тут для инаугурации.

– Он обо всем знает? Так вот как вы получили доступ к спутниковой связи. Он в этом замешан?

– А кто, по-вашему, все это спланировал? Какой же вице не хочет стать президентом? Досадно, но для этого надо сначала президента убить.

– Вы не обязаны это делать.

– Знали бы вы, сколько раз я слышал эти слова.

Из глубины самолета донесся грозный гул, напоминавший стон огромного зверя, и нас сильно тряхнуло. Кабина поднялась еще выше над водой, а хвост опустился глубже, так что нос самолета еще чуть-чуть задрался и накренился.

Я открыл глаза и увидел, что Хазара отшвырнуло в сторону, дуло его пистолета теперь смотрело на противоположную стену. Президент оценил эту возможность, и в нем словно проснулось что-то звериное. Словно последние часы постоянного страха открыли в президенте нечто новое, готовое вырваться наружу прямо сейчас. Он издал ужасающий клич и с невероятной силой и решительностью повернулся к противнику, навалился на него, зажал руку Хазара, в которой тот держал пистолет, и ударил его по голове.

– Я не умру! – закричал президент. – Я не умру!

Я вскочил на ноги и бросился на помощь президенту, но он и без меня неплохо справлялся. Хазар выпустил из рук пистолет, и он отлетел в сторону, затерявшись в груде вещей, так что теперь ему оставалось только защищаться. Президент колотил Хазара обеими руками, как одержимый, нанося удар за ударом, пока противник не стих. Только тогда президент встал и подался назад, глядя на Хазара сверху вниз.

– Сначала мой телохранитель, теперь вице-президент. Кто следующий?

Лицо президента исказила гримаса гнева, он тяжело дышал, плечи угрожающе вздымались и опускались.

– Вы его уделали, – похвалил я президента.

Он посмотрел на меня и встряхнул головой, словно желая изгнать завладевшее им безумие. Он зажмурился и медленно выдохнул, а когда его глаза открылись, на меня снова смотрел нормальный человек. Тот самый испуганный и озадаченный мужчина, что вышел из спасательной капсулы прошлой ночью.

– Ты… ты думаешь, он мертв?

Я опустился рядом с Хазаром, поднес указательный палец к его носу и сразу почувствовал тепло его дыхания.

– Нет, живой. Но без сознания.

– Да, Моррис бы мной гордился.

– Я вами горжусь.

Рация на поясе у Хазара резко затрещала, и мы, не сговариваясь, на нее посмотрели.

Пшшш!

– Хазар? – прошипел голос Морриса. – Хазар? Что происходит? Хазар? Хазар? Да чтоб тебя.

Рация замолкла.

– Он слышал выстрелы, – сказал я. – И понял: что-то пошло не так.

Самолет снова заскрипел и покачнулся. Тут у президента расширились глаза, и он, спотыкаясь, шагнул к противоположной стене. Оперевшись на нее, он стал разгребать завалы вещей, раскидывая в стороны подушки и одеяла.

– Что вы делаете?

– Пистолет, – пробормотал президент. – Надо найти его.

– Забудьте о пистолете, – остановил я его. – С ним надо что-то делать. Связать его или еще что. А то он очнется в любую секунду.

– А что с Моррисом?

– Предоставьте его мне. – Я достал стрелу из колчана. – Я открываю на него охоту.