Читаем Большая игра полностью

– О’кей, Колорадо, чувствую, что я пожалею об этом, но мы дадим тебе шанс.

– А какая у вас тут политика в отношении VIP-клиентов? – поинтересовалась я.

– Это Беверли Хиллз. Тут каждый сукин сын – VIP-клиент, – ответил он.

– Если, теоретически, мерзкий, старый извращенец будет приставать ко мне, то следует обслужить его?

– Я выброшу его пинком под зад.

Я заулыбалась:

– Когда приступить к работе?

Снаружи «Бульвар», ресторан, куда меня только что приняли, выглядел темным и таинственным. Когда я вошла внутрь, то увидела целую компанию восходящих голливудских звезд, комфортно расположившихся на замшевых оттоманках и кожаных банкетках, расставленных в зале.

Я думала, что работа здесь будет, как и везде: сначала я пройду краткое обучение, потом начну работать, но тогда я еще не знала, что в тех местах, где управляет Рейрдон Грин, такого не бывает: это его мир, и в нем ты либо тонешь, либо выплываешь. Вокруг все бегали, ни у кого не было ни секунды времени, чтобы ответить на вопрос, и я постоянно путалась у всех под ногами. Я остановилась посреди всего этого водоворота и сделала глубокий вдох. За мной, по-видимому, пока не были закреплены столики, поэтому я принялась ходить кругами по залу, убирая тарелки и наполняя стаканы. Я поставила лимонный мартини перед женщиной, которую видела в каком-то телевизионном шоу.

– О, а ты не можешь принести мне целый лимон? – спросила она. Повернувшись к своим соседям, она пояснила: – Я предпочитаю резать лимон сама, просто чтобы убедиться, что он действительно свежий. А то дольки валяются в этих пластиковых ведерках, и их мухи засиживают. – Она скривилась от отвращения, и все остальные за столом скривились вслед за ней. Разумеется, все сразу же захотели положить что-нибудь в свои коктейли, и меня послали за апельсином, лимоном и лаймом.

Путь на кухню лежал мимо столиков, где восседали многочисленные знаменитости и светские львы и львицы, и я очень старалась не глазеть на всех тех, чьи лица постоянно мелькали в списках самых богатых и известных, кого я так часто видела в журналах, но никогда не думала встретить лично. Когда я пробилась к кухонным дверям, шум, доносившийся из зала, стал потише.

В самой кухне раздавалась настоящая симфония из поступавших команд и ответов на них, звяканья тарелок, стука тяжелых железных кастрюль и шипения жарившегося на сковородах мяса. Эндрю кричал на помощников и торопил их с отправкой блюд на столики. Я пробралась к холодильнику, стараясь никому не помешать и ни с кем не столкнуться. В спешке я повернула не в ту сторону и оказалась в кладовой, где один из владельцев ресторана, Кэм, прислонившись спиной к груде рулонов туалетной бумаги, стоял со спущенными по щиколотки штанами. Я замерла на месте. Это был, вне всяких сомнений, самый неловкий момент в моей жизни.

– Простите! – прошептала я, все еще не в состоянии пошевелиться.

Он весело улыбнулся мне, совершенно не смущаясь.

– Как дела? – сказал он. – Будем сниматься?

Он указал на видеокамеру на потолке, и на его лице расплылась шкодливая ухмылка. Он поднял руку и протянул мне раскрытую ладонь. Девушка, сидевшая перед ним на корточках, хихикнула. Мой отказ «дать пять» оскорбил бы его, а я этого не хотела, поэтому, нагнувшись со всей осторожностью над ее головой, я быстро шлепнула его по руке и немедленно убежала. Лицо у меня пылало от смущения.

Куда я попала?

Прошла неделя, как я начала работать в ресторане, и мы со Стивом пошли на вечеринку. Я слушала чужие рассказы о пробах в кино, работе над сценариями и чувствовала себя здесь такой лишней. Какая-то хорошенькая девушка схватила меня за руку.

– Не бери в голову, – шепнула она мне на ухо. – Пойдем выпьем!

Она с ног до головы была одета в брендовые вещи, а одна ее сумочка стоила дороже, чем мой автомобиль. Я последовала за ней на кухню. После трех текил она стала моей новой лучшей подругой.

Блэр была тусовщицей, но она очень трезво мыслила и была незлой. Для нее в этом мире, казалось, не существовало проблем. Она была наследницей арахисового короля, и ее семья владела недвижимостью по всему миру, в том числе и в Беверли Хиллз, где она провела свое детство, перед тем как ее отправили в модную частную школу в Нью-Йорке.

Пара девчонок зашли на кухню, и Блэр вздрогнула. В одной из них я узнала участницу популярного реалити-шоу MTV.

– Вот жопа! – шепнула Блэр, схватив одной рукой бутылку текилы, а другой меня за локоть. Она потащила меня вглубь коридора к ванной. – Я подклеила бойфренда одной из них, и она нас засекла. Теперь она хочет убить меня!

Когда она наклонила бутылку прямо себе в рот и отхлебнула большой глоток, меня разобрал смех. Мы провели почти всю ночь в ванной, выложенной мраморными плитами, мы пили и смеялись, говорили о жизни и больших планах на будущее. Я рассказала ей о своих проблемах с жильем, поскольку через неделю Стив всерьез планировал выставить меня за дверь.

– Ой, господи, да переезжай ко мне! – завопила она. – У меня роскошная квартира, тебе понравится. Там точно есть лишняя комната.