Читаем Болеутолитель. Темное полностью

Он задумался о Рив и этих уличных псевдокалеках, Шустеке и Тремалисе, что вознамерились поиграть в детективов, но все же больше о Рив. Господи, а что если его хер вдруг не заработает? Но будь он проклят, если его маленький корешок не превращался в славного крепкого гиганта, стоило ему подумать о Рив, представить себе, как темные волосы падают ей на лицо, когда она, оседлав его, двигает свою пушистую кошечку из стороны в сторону.

Именно это видение привело его к мысли подойти к этому полоумному Шустеку и разузнать побольше про девушку. Ведь она же, черт побери, наверняка не пойдет с ним, если он начнет действовать напролом.

Сегодня вечером он уже проходил мимо этого психа, который завернулся в бежевое одеяло, как араб. Он установил свое кресло в тупике, недалеко от собора св. Сикста, церкви, где всегда исповедуется Мэфер.

Коновер предпочитал очищаться в «Прикосновении», что на Фэллон-Ридж, где была возможность хорошенько засадить какой-нибудь шлюшке.

Он с шумом выдохнул из себя горячий пар. Ничего не скажешь, погода в Чикаго весьма располагает к размышлениям.

Он просто немыслимо хотел Рив Тауни.

* * *

Что ж, Гладкий Ти верно указал ему, где лучше искать Мечту. Приятель Трювильона прошел вслед за Шустеком мимо Американского Национального Банка.

Парень называет себя Американской Мечтой, так сказал Ти. «Больше похож на Мериканского Клоуна. Этот парень просто смешон. Долбаный псих».

Теперь вот разъезжает по городу в своем кресле. Господи, как же я не догадался! Преследователь всплеснул руками в притворном изумлении. А что если он пытается выследить самого дьявольского мистера Болеутолителя?

«Чесать мой лысый череп! Ты, дружок, занимаешься этим делом вот уже месяц, нигде не работаешь, а значит, имеешь бабки. Да и все эти пилюльки, что ты глотаешь, тоже немалых денег стоят. Вот, значит, Рэй Льюис тебя и прищучил! Что за мудацкое ты себе придумал имечко, долбаный ты педераст?! Хреносос, вот как тебя назвать бы. Точно. Хреносос.»

— Ну что ж, я подарю тебе хорошенькую гребаную мечту, — прошептал себе под нос бродяга и вор Рэй Льюис, приехавший развлечься и заработать из соседней Индианы. Он улыбнулся, и капли дождя упали на желтеющие зубы. — Ну, хреносос, держись.

Может быть, подумал он, стоит и одеяло себе забрать.

* * *

Шустек чувствовал себя подавленным и разбитым, как будто с трудом уполз из-под разваливающейся скалы. Боль его слегка утихла, он словно онемел в депрессии. Зажмурив один глаз, он сконцентрировал внимание на мышцах, которые позволяли держать его закрытым.

Итак, с Мамой Томей у них был полный провал, и убийства продолжаются. Он не может одновременно быть везде. Даже с поддержкой Вика, который взял на себя метро.

Вдобавок, никто в городе еще не знает, кто же такой Болеутолитель. У Дейвса и Петитта нет никаких зацепок.

Как он сказал Вику Тремблу, то, где я нахожусь, означает кто я есть. Ну, так где же находится сейчас Фрэнк Хейд? И где Болеутолитель?

Он уже привык к своему одеялу и переживал чувство беспомощности, присущее каждому, кто прикован к инвалидной коляске. Но ему очень хотелось снова надеть свои доспехи. Эйвен судорожно сжал край одеяла. Он очень хотел принять свою таблетку, но продолжал, войдя в роль, спазматическим жестом стискивать кулаком край одеяла. Представляя себе, что одеяло это шея Болеутолителя, и разорванные артерии убийцы залили кровью его руки, Шустек испытал огромное облегчение.

Рыцарь, который сокрушает врага.

Рыцарь, который не оставляет врага в живых.

* * *

— Ты и есть Американская Мечта, если я не ошибаюсь? — Льюис решил подойти к нему именно так, изображая родство душ, братские чувства и тому подобное говно.

Шустек посмотрел на него с тревогой и любопытством. Кто это, неужели восторженный поклонник в такое позднее время? Нет, еще не пришла пора открыть себя.

— Я спрашиваю, ты и есть Американская Мечта? — На этот раз без лучезарной улыбки.

Человек, стоявший перед ним явно не был Болеутолителем. Тот белый, и наверное, старше и полнее. В течение нескольких секунд Эйвен копил слюну, чтобы сплюнуть. Теперь она стекала у него изо рта, теплая и густая.

Он крепко сжал в руке под одеялом острый кинжал. Бен Мерди снабдил их не только инвалидными колясками. Слюна капнула на одеяло. Темная, как кровь.

— Теб-б-бя об-б-бманули, — его веки затрепетали, как будто под свинцовыми грузиками.

— Нечего изображать из себя придурка, меня этим не проймешь, — Рэй Льюис подошел поближе, шаркая подошвами.

Шустек моргнул. Лучше вообще не реагировать. Что ж, пусть этот парень говорит, что ему нравится.

— Ну ты и чудище, — неожиданно мягко сказал незнакомец, — Прямо как людоед из сказки.

Шустек не думал, что выглядит таким уж громоздким под этим одеялом. Ну разве что на фоне этого худющего чернокожего парня.

— Полюбуйтесь-ка, тут прямо пещерный человек перед нами, — парень как будто разговаривал сам с собой, а не с Шустеком, который принял его за нарка, а не за отощавшего от недоедания бедолагу.

— Пж-пож-жа-жа-лей-лей-те, — неожиданно для себя Американская Мечта задрожал от страха.