Читаем Богиня охоты полностью

Джереми был измотан физически и эмоционально, а до дома было еще далеко. И тогда он принял решение пройти по высокому крутому берегу извилистой реки до стоявшего на его отроге скита.

Тяжело ступая по мерзлой земле, Джереми посматривал на покоившуюся в его объятиях Люси. Она лежала с закрытыми глазами, длинные темные ресницы касались бледных щек. В призрачном свете луны ее кожа отливала жемчужной белизной. Каштановые кудри волной падали ей на плечи. Джереми чувствовал исходивший от ее волос аромат леса.

Люси была прекрасна. О Господи, как сильно он любил ее! А себя ненавидел… Чувство ненависти и отвращения к себе тяжелым бременем легло ему на плечи. Джереми был готов провалиться сквозь землю, в преисподнюю. Он считал, что отныне его место было именно там.

Он вернулся из Лондона с мыслью о том, что ему нужно заботиться о Люси, взять ее под свою защиту. Если бы она дала ему хотя бы один шанс, то никогда бы больше не плакала. Так он думал. Но вместо того, чтобы воплотить свои благородные замыслы в жизнь, Джереми прижал жену спиной к стволу дерева и грубо овладел ею, как последний сукин сын.

Да, Люси нужна была защита. Защита от него самого.

Наконец они добрались до скита. Джереми толкнул дверь ногой, и она с громким скрипом распахнулась.

В душе Джереми как будто что-то раскололось, и сердце пронзила острая боль.

Воздух внутри дома был затхлым. Джереми не мог дышать. Его охватила паника, и ему вдруг захотелось повернуться и убежать прочь. Джереми не был здесь двадцать один год и никогда не пришел бы сюда добровольно, если бы не случай. Он не мог рисковать здоровьем Люси и поэтому завернул в скит.

В проем открытой двери струился лунный свет, тускло освещая тесное помещение. Здесь ничего не изменилось. Джереми хорошо помнил эту убогую обстановку. На каминной полке несла караул шеренга оловянных солдатиков. На небольшом столе лежали рыболовные снасти. У двери стояли две пары грязных детских сапог. О том, что прошло более двух десятков лет, свидетельствовал только толстый слой пыли.

Джереми положил жену на циновку у камина. Люси спала.

Он почувствовал сильное стеснение в груди. Его дыхание было неровным. Казалось, еще немного, и Джереми зарыдает. Мысль о том, что он обречен терять все самое дорогое, надрывала ему сердце. И все самые тяжелые утраты Джереми каким-то мистическим образом были связаны с этим скитом.

Впрочем, убиваться и терзать себя запоздалыми упреками он может и завтра, а сейчас предстояло позаботиться о жене. Ей было холодно. Отогнав тяжелые мысли, Джереми занялся делом. Прежде всего ему надо было развести в камине огонь.

Закрыв дверь, он укрыл Люси шкурами, подложил ей под голову свернутое одеяло и сложил в камине обнаруженные в домике поленья так, чтобы они сразу занялись огнем. После этого Джереми поджег сухую ветку и сначала проверил, работает ли дымоход. Тот, к счастью, был исправен.

Вскоре в тесном помещении потрескивали дрова в камине. Опустившись рядом с Люси на колени, Джереми взглянул на нее. Ее грудь вздымалась и опускалась в ровном спокойном ритме. Когда щеки Люси порозовели, Джереми вздохнул с облегчением. Он нежно погладил ее, и она зашевелилась во сне.

Джереми знал, что запомнит эту минуту на всю жизнь. Он провел большим пальцем по нижней губе Люси, и она как будто поцеловала его во сне. Когда она проснется, все снова пойдет по-прежнему. Люси будет возиться со своими собаками, с котом, со слабоумной тетушкой, а на мужа у нее не останется времени.

Люси снова зашевелилась и открыла глаза.

— Джереми?

Его имя легко слетело с ее губ. Голос Люси был мягким и сладким, как мед.

«Ее нежность продлится недолго, — обреченно подумал Джереми. — Скоро она все вспомнит и станет проклинать меня».

— Не вставай, — промолвил он. — Тебе нужно отдохнуть.

Люси протерла глаза руками, и у Джереми сжалось сердце. Он заметил на ее запястьях синяки. Это были следы от его пальцев.

Джереми снял с нее шкуры, которыми Люси была укрыта, и отбросил их в сторону. Люси ахнула от неожиданности, но Джереми прижал палец к ее губам.

— Позволь мне осмотреть тебя.

Люси вяло кивнула.

Алый пеньюар из шелка превратился в лохмотья, и Джереми снял его с Люси. Бросив взгляд на обнаженное тело Люси, Джереми заскрипел зубами. Теперь он воочию видел, что натворил сегодня ночью.

Джереми душил гнев. Он проклинал себя за глупое поведение. На шее и плечах Люси остались следы от его поцелуев, засосов и укусов. Джереми раскаивался в том, что вел себя как дикий, необузданный зверь.

— Перевернись на живот, — глухим голосом произнес он.

Люси молча повиновалась. Взору Джереми предстала ужасная картина. Нежная спина Люси была исцарапана грубой корой дерева. Но больше всего Джереми поразило не это. Его внимание привлек большой темный кровоподтек на лопатке Люси. Джереми дотронулся до раны, и Люси вздрогнула.

— Это сделал не я, а тот, кого ты встретила в лесу, — сказал Джереми.

Люси кивнула.

Джереми молча встал, надел сюртук и стал озираться вокруг в поисках своего ружья.

— Что ты делаешь? — встревожилась Люси. — Куда ты собрался?

— Я убью этого ублюдка.