Если бы они находились сейчас наедине, Люси объяснила бы, что не стоит предпринимать столь серьезных шагов, что письмо — это всего лишь шалость двух подвыпивших девушек. Репутации Софии и помолвке ее с Тоби по большому счету ничто не угрожает. Джереми не было причин жертвовать собой и делать ей предложение. Хотя, впрочем, предложения как такого он и не делал…

Пальцы Люси впились в руку Джереми.

— Но… но разве мы не должны сначала поговорить наедине? Насколько я помню, я не давала согласия вступать в брак!

— Ты поздно спохватилась, Люси, — укоризненно качая головой, сказал Генри и помахал в воздухе письмом. — Вот твое согласие!

Пора говорить правду, сказала себе Люси. Стоит ей лишь признаться Генри и всем остальным в том, что письмо было плодом безудержной фантазии двух разгоряченных кларетом девушек, как этот кошмар кончится! На Софию было мало надежд. Она наверняка будет молчать до конца, так как думает, что такой поворот событий является пределом мечтаний Люси.

Но может быть, это было отчасти правдой? Может быть, брак с Джереми сулил Люси счастье?

Она зябко передернула плечами. Да, Люси прижималась сейчас к Джереми, но вовсе не потому, что радовалась предстоящей свадьбе. Ей просто было холодно, а от Джереми исходило тепло.

Тепло и сила. Джереми был великолепен в эту минуту. Взгляд Люси остановился на его поросшем щетиной мужественном подбородке. В призрачном лунном свете его четко очерченные губы казались темными. От дыхания Джереми в холодном воздухе вился парок.

Люси взяла себя в руки и попыталась сосредоточиться. Она не понимала причин, заставивших Джереми признать письмо своим. Люси не считала себя леди, она по происхождению не была ровней Джереми. На таких, как она, аристократы не женятся. Люси не была писаной красавицей, не отличалась хорошим образованием, за ней не давали богатого приданого. Кроме больших глаз и белоснежных зубов, в Люси, по ее мнению, не было ничего привлекательного.

Если бы они не встретились ночью в библиотеке, Джереми так и уехал бы, оставив Генри записку. Люси знала, что его вещи были уже собраны. При мысли о двух чемоданах, стоявших наготове в комнате Джереми, Люси снова стало не по себе.

Если она сейчас решительно откажется выйти замуж за Джереми, то он наверняка уедет. Люси не хотела этого. Но, с другой стороны, завтра Джереми одумается и содрогнется при мысли, что едва не женился на бесприданнице.

Люси не знала, что делать. «Ну скажи же хоть что-нибудь!» — приказывала она себе. Но похоже, девушка на время лишилась дара речи. Она была уверена только в одном: нельзя допустить, чтобы Джереми уехал.

Искоса взглянув на окружающих, Генри подошел к Джереми и, понизив голос, спросил:

— Ты уверен, что это письмо адресовано тебе, Джем? Ты же не хочешь, чтобы простое недоразумение круто изменило всю твою жизнь? Бога ради, хорошенько подумай, прежде чем на что-то решаться. Ты ведь граф!

— Ну да, — заявил Джереми, — и Люси станет графиней.

Вокруг снова воцарилась тишина.

Люси чувствовала, что взоры всех присутствующих устремлены на нее. Все молчали с потрясенным видом. Заявление Джереми вызвало шок.

Первой пришла в себя Марианна.

— Две помолвки за одну ночь! О, как это замечательно! — воскликнула она и поцеловала Люси в щеку.

Остальные, еще не совсем оправившись от изумления, тоже стали поздравлять ее.

— И когда же состоится свадьба? — спросил Генри.

— В пятницу, — ответил Джереми.

— Как? — растерялась Люси. — Уже через два дня?

— Да, именно так, — сказал Джереми, не сводя глаз с Генри. — Утром я поеду в Лондон, чтобы получить разрешение на брак.

У Генри был обалделый вид. Люси впервые в жизни видела на его лице подобное выражение

— Прекрасно, — пробормотал он.

— Мне нужно встать пораньше, — продолжал Джереми, — поэтому позвольте откланяться, леди и джентльмены.

Его друзья закивали.

— Береги себя, Люси, — сказал Джереми и поцеловал ее руку. — Я скоро вернусь.

С этими словами он направился к дому.

Люси проводила его долгим взглядом. Ей не сразу пришло в голову, что она должна была сказать ему на прощание несколько теплых напутственных слов. Но теперь уже было поздно исправлять оплошность. Когда Джереми скрылся из виду, Люси перевела взгляд на руку, которую он поцеловал, и долго разглядывала ее.

Вернувшись в дом, Люси поднялась в свою комнату, легла в постель и уставилась в потолок. Она упрекала себя за то, что не подарила Джереми нежного взгляда на прощание.

— Свадьба в пятницу, — прошептала Люси, задула свечу и, повернувшись на бок, подложила руку под щеку.

Но прежде чем погрузиться в сон, она совершила глупый детский поступок — поцеловала тыльную сторону ладони, то место, которого недавно коснулись губы Джереми.

Глава 15

Время тянулось ужасно медленно, несмотря на царившую в доме суету.