Читаем Боевик-универсал полностью

— Святая матерь-церковь в своих непрестанных трудах и заботах очень интересуется такими людьми и надеется на их всемерную помощь. Столь выдающиеся люди не могут остаться в стороне от борьбы со слугами Разрушителя. А церковь готова указать и направить верного своего сына, при этом укрепив его веру.

Наконец-то я дождался главного. Меня вербуют, какая радость! Только что ж так откровенно?! Тоньше нужно работать, тоньше. Знаток, а ведь ты расслабился. Думаешь, что барон, то есть я, уже ваш. Но инициатива наказуема, и ты сейчас это поймешь. Зря я тебе мозги крутил столько времени, что ли?

— Я уважаю матерь-церковь, — склонил я голову. — Я ее верный сын и готов всегда принять ее помощь. Я хочу нести свет Создателя по всему Арланду.

Гляди, его не стошнило, когда услышал мой бред?! Неужели он считает, что я говорю полную правду? Вон как доброжелательно кивает и довольно перебирает четки. Хрен тебе в грызло, а не сексот из красивого меня. На моей исторической родине почему-то отношение к таким людям сугубо отрицательное и впитывается с молоком матери. Да и запрограммировано оно на генетическом уровне.

— Сейчас, — продолжил я, отпив вина, — я опять готовлюсь сделать еще одно доброе дело во славу Его. Великим напряжением сил всего анклава мы построим стену и перекроем перевал, ведущий в дальнее пограничье. И на эти истерзанные тварями земли придет почти полный покой.

Ого, ты еще ничего не понял, не понял, что будет дальше, после постройки Великой Арландской Стены. Вон какое лицо у тебя сделалось заинтересованное. Добить. К черту, все равно об этом скоро станет известно всем.

— И вольные бароны, проживающие в этом анклаве, решили покончить со своим разделением. Недавние события убедили нас объединиться, создав новое графство Артуа. А также избрать из своих рядов достойнешнего, признав его своим сеньором. Признав графом, — нанес я удар.

Святоша поперхнулся вином. Два его помощника переглянулись. А старый знакомый братец-клон Сенар недоуменно посмотрел на меня. Мол, я такой идиот по жизни или гоблы меня слишком сильно стукнули по голове? Куда ты со свиным рылом в калашный ряд? Кто тебя из корольков признает? А без бумажки — ты вольная дворняжка. И за это ты ответишь, скотина, а не только за хамство, проявленное ко мне в первые часы моего пребывания на земле Арланда. Кожаная маска на моем лице — отличная штука, и ты до сих пор не узнал того, кому хамил.

— Да и осененные мудростью короли готовы это сделать, — нанес я следующий удар.

Знатоки остолбенели. Вполне их понимаю. Если то, что я говорю, — правда, то я матерый интриган и два часа смеялся над их неуклюжими попытками. А если то, что я говорю, — бред моего воспаленного сознания? Я видел их мысли. Если я фантазер, то откуда у меня замок, воины и маги? Как я отлично подобрался к принцу Керту, и все остальное. Нет, эта сволочь говорит правду. Точно, прикидывался тупоголовым героем и водил нас за нос, скотина! Но такое дело негоже оставлять без внимания матери-церкви. По плечу за такой прокол не похлопают. Сейчас меня попытаются поставить на место, нужен добивающий удар.

— И я очень надеюсь на понимание со стороны престола Наместника Создателя, — улыбнулся я. — И его лично.

— Кого?! — пустил петуха один знаток.

— Наместника Создателя, — повторил я. — Ведь вольный граф, не имеющий сеньора над собой, должен пройти проверку на чистоту своих помыслов. И я надеюсь, что вы понимаете, кто более всех достоин столь значительного титула.

— Да, — с трудом согласился главный знаток.

— Так зачем разводить долгие процедуры? — Я поудобнее устроился в кресле и искренне улыбнулся безопасникам: — Отец Карит, наделенный силой Создателя и мудростью не по своим годам, сам это сделает и станет в будущем достойным епископом Артуа.

— Но он слишком молод! — выпал в осадок от моей наглости третий знаток.

А главный молчит и пытается испепелить меня взглядом. Ты знаешь родословную юного падре, а остальные работают втемную. Карит, учись, как надо работать! Ессно, пока я жив. Это называется косить под дурака и привести самодовольного быка на скотобойню так, чтобы он ничего не заметил. Я не тянул вас за язык. В самой недвусмысленной форме тут и было сказано об интересе ко мне, любимому, со стороны церкви в общем виде и в лице службы ее безопасности в частности. А за просто так, за устную благодарность верному сыну церкви от меня вы ничего не получите. Теперь для вас есть только один выход — полностью отыграть все назад. Мол, мы не поняли друг друга, временное помутнение рассудка и так далее. Тогда мы расстанемся по нулям. Это вы так думаете. Не получится у вас сойти с крючка.