Читаем Блеф полностью

Соколица. Ребенок должен родиться через месяц. УЗИ, которое он сделал два дня назад, показало нормальный плод, здоровый, но в глубине души Тахион понимал, что может сделать глубочайший ужас – стресс рождения – с ребенком, зараженным вирусом Дикой Карты. Кровь и Предки, сделайте так, чтобы этот малыш стал нормальным. Иначе это ее убьет.

Он все еще не побывал в полицейском участке Джокертауна, чтобы работающий там художник нарисовал портрет Джеймса Спектора…

Мимо трусцой пробежала девушка, следом за ней бежала афганская борзая. Покрытая потом кожа обрела золотистый блеск, к обнаженной спине прилипли длинные пряди черных волос. Тахион загляделся на играющие мышцы ног и спины, пухлую грудь, колышущуюся под топом в такт бегу, и почувствовал, как его рот пересох, а пенис требовательно надавил на брюки изнутри. Мучительный и горький проблеск прежней целостности. Бесчисленные безуспешные попытки близости в последнее время ясно давали понять, что в самый ответственный момент плоть подведет его.

В ребра ему ткнулся носок ноги, и он вскочил на ноги.

– Эй, эй! – воскликнул Браун, демонстративно выставляя руки. – Спокойнее.

– Где Блез? – спросил Тахион, встревоженно осматриваясь по сторонам.

– Я ему денег на мороженое дал.

– Тебе не следовало позволять ему идти одному. Может что-нибудь случиться…

– Этот мальчик может за себя постоять, – ответил Браун, плюхаясь на подстилку и скрещивая ноги. Закурил. – Не возражаешь, совет тебе дам?

– Давай.

– Ты не на Такисе. А он – не принц королевской крови.

Тахион горько усмехнулся.

– Куда уж там. Он выродок. На Такисе его бы уничтожили.

– Чо?

Инопланетянин собрал рассыпавшиеся дольки апельсина и кинул в мусорный бачок.

– Тем, кто проливает свое семя вне равных себе по рождению, уготована самая суровая кара. Как бы мы смогли править, если бы нашей телепатической силой смог обладать любой?

– Какая очаровательная твоя цивилизация. Но это лишь подтверждает мою правоту.

– В чем?

– Хватит доводить его до безумия. Ты на него слишком сильно давишь. Ожидаешь от него того, что он станет следовать правилам поведения, не имеющим к Земле ни малейшего отношения. И очень его балуешь. Музыка, карате, танцы, преподаватели по алгебре, биологии и химии…

– Ну, тут ты не прав. Третий по счету преподаватель уволился уже несколько дней назад, и я не могу найти нового. И именно поэтому я столько от него требую. Его способности и наследственность делают его особенным. По крайней мере, для меня.

– Тахион, послушай. Нельзя давать ребенку любую игрушку или безделушку, какую он ни пожелает. Нельзя говорить ему, что он особенный, особенный, особенный, а потом удивляться, почему это он растет самодовольным ублюдком. Позволь ему быть ребенком. Взять хотя бы его одежду.

– Что не так в его одежде? – хрипло спросил Тахион. Его голос прозвучал угрожающе.

– Сними с него эти короткие штаны и шелка, шляпы эти. Купи ему простые синие джинсы, бейсболку с эмблемой «Доджерс». Ему предстоит жить в этом мире.

– Я сделал выбор – не приспосабливаться.

– Ага, но ты чокнутый. Ярко одевающийся и цветисто выражающийся. А еще ты взрослый и невероятно самодовольный сукин сын, который может себе позволить плевать на то, что о нем скажут. Ты не хочешь, чтобы Блез использовал свою силу во зло, но ты практически гарантировал то, что он будет делать это. Нет более жестоких людей, чем дети, и они будут мучить его, пока он не сорвется. Ты будешь высказывать ему свое разочарование и неодобрение, и он станет злобным и обидчивым. Вот такой порочный круг ты ему создал.

– Тебе бы книги писать. Без сомнения, твой авторитет в воспитании детей подкреплен огромным опытом.

– К черту, Тахион. Мне нравится этот пацан. Мне даже ты иногда нравишься. Люби его, Тахион, и расслабься.

– Я действительно его люблю.

– Нет, ты любишь то, что он для тебя выражает. Ты с ума сходишь по нему из-за своей им…

Джек прикусил язык и густо покраснел.

– Черт, прости. Я не хотел заводить речь об этом.

– Откуда ты вообще знаешь?

– Фантазия мне сказала.

– Сука.

– Эй, расслабься, и по этому поводу тоже. И тогда все придет в норму, со временем. Ничего серьезного.

– Браун, ты и понятия не имеешь, насколько это серьезно. Продолжение рода, потомство… а, на хрен! Ты, случаем, не планируешь давать консультации психолога в этом своем новом казино? Джек, делай то, что умеешь делать лучше всего, – плыви по течению и зашибай деньги. А меня оставь в покое!

– С удовольствием!

Схватив корзину для пикника и одеяло, Тахион ринулся прочь в поисках Блеза.

– Где дядя Джек?

– У дяди Джека назначена встреча, в Атлантик-Сити.

– Вы опять поругались. Почему вы так часто ругаетесь?

– Очень старая история.

– Тогда тебе лучше ее забыть.

– И ты туда же.

Тахион поймал такси.

– Куда едем?

– К Марку.

– Ой.

– Попрыгунчик, не спеши, подожди меня чуть-чуть, – сказал водителю Тахион, когда они остановились у «Космической тыквы».

– Хокэй, но сшетчик пудет тыкать, – ответил тот с сильным акцентом, непонятно какой страны.

– Нормально.