Читаем Блатной конвейер полностью

— Вот и пиши про них, — проворчал Поляков, — добивайся справедливости. Чего же ты всю систему чернишь?

— А потому что система и виновата, Иван Захарович! Система попустительствует, система позволяет так работать. Точнее — не работать. А ведь это мелочи, все, о чем я сейчас говорил. Вы знаете, что родители воем воют вместе с учителями. Наркоту продают прямо во дворах! Где полиция? Половина города знает, что Коля Хохол наркотиками торгует, а полиция ничего сделать не может.

— Ты предлагаешь в каждом дворе полицейского поставить? А ты знаешь, что у нас штаты сократили на двадцать процентов?

— Извините, но есть же у вас и иные методы работы! Какие-то оперативные мероприятия.

— Вот! — наставительно поднял Поляков вверх указательный палец. — Об оперативных мероприятиях заговорили! А кто в советские времена, да и не только в советские вой поднимал, что органы превратили страну в государство «стукачей»? Ты на Запад посмотри, Сева. Там домохозяйка в окно выглянула, увидела, что машина припаркована неправильно, она первым делом в полицию позвонит и сообщит о нарушении. И это считается в порядке вещей. Это называется — законопослушные граждане, это помощь полиции. А у нас каждый свой гражданский долг засунул за печку, а с полиции требует. Мы что, всемогущие? Такие, как ты, хотят и демократическую рыбку съесть, и…

— Папа! — остановила Катя отца, зная, какая не совсем приличная концовка фразы последует дальше.

— Что — папа? — проворчал Поляков. — Папа! Это, знаешь, как с дворниками. Мы гадить будем, мы принципиально фантики мимо урн бросать будем, а попрекаем дворников, что за каждым с метлой не ходят целые сутки. Есть же разумные пределы всему!

Катя за спиной отца сделала жениху знак, постучав пальцем по виску. Сева нахмурился и промолчал. Это была вечная ситуация — все разговоры с будущим тестем постоянно превращались в пикировку и споры. Сева все время пытался относиться со снисхождением к будущему тестю: чего взять со старого пьющего участкового? Но все время срывался.

Иван Захарович тоже корил себя за несдержанность. Получалось, что он опускался до современной молодежи с ее подростковым инфантильным максимализмом. Связываться и спорить не стоило и по другим причинам. Если быть честным, то майор Поляков в глубине души был кое в чем с Севой Андреевым согласен. Согласен с тем, что есть недостатки. Не согласен он был принципиально с позицией молодого журналиста. А с другой стороны, надо отдавать себе отчет, что жизнь вокруг стремительно меняется и ничего с этим не поделаешь. Он — Иван Захарович Поляков — огрызок прошлого, продукт иного времени. А эти нынешние, что в полиции, что в политике, что в журналистике, эти о многом не задумываются. Им вынь да положи вон то и вон это. Не хотят они скидки делать, ждать не хотят. Их позиция: если должно быть так, то будь добр обеспечить, и никакие отговорки и веские причины их не интересуют. Жизнь поменяла темп, и это надо учитывать. Профессорами становятся в тридцать лет, губернаторами в сорок, писателей развелось — каждый второй.

Поляков хотел сказать что-нибудь добродушное, шутливое, чтобы погасить неприятный осадок спора, но никак не мог подобрать слов. Вообще-то ему радоваться надо, привечать Севку. Ну, выучится Катя в своем университете, а что дальше? Кто ей приличную работу приготовил, будущее достойное? Отец без пяти минут пенсионер, да как бы еще раньше времени из полиции не вышибли. Чего Катьку здесь, в Верхней Лебедянке, ждет? На почту пойдет работать или в школу? Можно еще в собес, а можно и на рынке торговать.

А с Севкой она не пропадет. Это «жук» еще тот! Вон в тридцать лет уже и главный редактор. Газетенка, правда, не весть какая, но зато придворная, городская. И отношения у него с властью свои, дружественные. Вроде как вес он в городе имеет, особенно со своим этим «Общественным советом». Да и в областной центр два раза в неделю шныряет. В Екатеринбурге у него, говорят, поддержка есть. Глядишь, в депутаты пойдет. А ведь у этого получится, этот сможет. И Катьку, паразит, любит. Она еще школу оканчивала, как они дружить начали, а все равно все еще серьезно у них. Ждет, как умному мужику и положено, пока она учиться закончит. Глядишь, он ей сам и работу найдет престижную.

По материалам «УралИнформЭкспресс»

«Свердловская область до сих пор остается самой неблагополучной с точки зрения засилия криминала. Большую тревогу вызвал сам факт события. Напомним, что речь идет о криминальной сходке 15 сентября 2004 года — митинге криминальных авторитетов в Екатеринбурге, — прошедшей в сквере между Оперным театром и гостиницей «Большой Урал».