Читаем Благодать полностью

Эк Барт прет по улице, словно какая ухоженная лошадь, лоснится, самодоволен. У нее на такой марш не хватает сил. Колли говорит, пусть этот недотыка идет своей дорогой. Она складывает руки на груди и хмурится ему в спину, улыбается, когда какой-то толстолобый кучер исторгает рев, каким можно изувечить, стоит Барту заступить ему путь. Теперь они перед толпой, собравшейся у ворот какого-то зернохранилища. Барт хватает ее за локоть. Вон там, говорит он. Ворота охраняются чуть ли не двумя десятками солдат, те стоят невозмутимо перед женщинами и детьми, отправленными вперед остальной толпы, женщины осыпают солдат злыми вопросами и вопят на них, мужчины у них за спинами хохочут. Она чувствует, как тянут ее вперед, внутрь, внутрь, держится за рукав Барта, и вот уж забыла она про свой голод и сплетена с толпой. Заводила на ящике машет руками и кричит, кто-то взревывает, да будет месть, и Колли кричит, перережем глотки этим недотыкам! Серьезный дядька оборачивается и кивает ей. Она видит, что эти люди – не городские неимущие, не голодные пугала, не тряпичники, иссушенные в щепки, не больные и не увечные. Тут народ одет как городские работяги, торговцы, ремесленники, мастеровые. Слава бедняку! Кончайте с бедствованием! Отдавайте зерно! Перережем глотки этим недотыкам! Барт тянет ее за рукав и кивает на мужчину, который смотрится не так, как все остальные, сыщик, как пить дать. Барт кричит ей на ухо, давай чуть назад. Да и все равно, думает она, зачем это надо, стоять тут, орать неизвестно что.

Толпа пульсирует в своем неведомом ритме, тянет их влево, пока кто-то не вскрикивает тпру, и прилив влево останавливается. Они проталкиваются к задам толпы, Грейс вскидывает взгляд и видит лица, жмущиеся к окнам заводского здания над ними, думает о том, как время отпало от этого города, все в мире остановилось, сведясь к этому, к безмолвию между криками, к шепоткам и слухам, какие распространяются: что откроют ворота, что скажут, приходите завтра. Но вот позади них какая-то возня, она оборачивается и видит, как какой-то дурак-доставщик кричит и машет, чтобы фургон его пропустили, а затем некий парняга, ухмыляясь, влезает на фургон сзади и становится торжественным Христом, вознесшимся со вскинутыми руками, ревет в толпу, слава бедняку! Отвечают ему одобрительными воплями, и в тот же миг раздается выстрел, и толпа обезмысливается до переполоха. Она бежит с Бартом к фургону, есть и другие, кто тащит его содержимое, они вцепляются в какой-то ящик, и она видит, как мужики выпрягают лошадей, словно хотят их украсть, а кто-то раскачивает фургон, а затем Барт говорит, давай сюда, Барт, великий таскатель камней, взваливает ящик на спину и под его весом убирается прочь.


Небо за ними – завеса свистов и рева, а следом еще выстрел. Внезапная безлюдность переулка, где Барт сваливает ящик со спины. Может, кто-то ссутулился там, в углу, а может, и нет, думает она. Смотрит через плечо, пока Барт ножом открывает ящик.

Колли говорит, надеюсь, нахер, что это табак.

Она говорит, сбагрить сможем, что б там ни было. Пытается прикинуть, сколько горячих ужинов можно купить на гинею.

Барт вытаскивает рыхлую солому из ящика, и рука его возникает оттуда с темной бутылкой. Какая-то выпивка, говорит он. Тут воздух вокруг них меняется, и она знает: это волки выбираются из теней, и вдруг на них налетают, кто-то грубо хватает ее за руки сзади, и она плюется и лягается, пытается крикнуть Барту, видит, как Барт тянется к ножу, но Барта тоже хватают. Волки молча сцапывают бутылки, и вот уж нет их, и она горестно вперяется в землю, Барт держится за пораненную голову, ну хоть тебя не задело, думает она. И только тут замечает одинокую бутылку, что катится себе нетронутая, и Грейс бежит за ней, прячет ее под накидку.

Можем продать, говорит она.

Видишь? говорит Барт. Все-таки отхватили себе удачу.


Они идут по городу, дергая за рукав мужчин у питейных лавок, предлагая продать бутылку. Она не понимает, почему никто не покупает. Колли говорит, они думают, ты хочешь продать им ссаки в бутылке. Один жилистый малый откупоривает бутылку и подозрительно принюхивается. Я не знаю, что это, говорит он, но дам вам за это вот столько. Барт смотрит ему в открытую ладонь и говорит, да пошел ты нахер. Двое мальцов идут за ними, и она думает, может, они из банды Райена, хотя Барт говорит, что по виду не похожи. Колли говорит, их послал Глухой Том, знаю наверняка. В Английском городке пьянчуга с красными щеками пытается выхватить у них бутылку, и Барт припугивает его ножом. Ладно, говорит Барт, давай в Новом городке еще раз попробуем.


Перейти на страницу:

Все книги серии Большой роман

Я исповедуюсь
Я исповедуюсь

Впервые на русском языке роман выдающегося каталонского писателя Жауме Кабре «Я исповедуюсь». Книга переведена на двенадцать языков, а ее суммарный тираж приближается к полумиллиону экземпляров. Герой романа Адриа Ардевол, музыкант, знаток искусства, полиглот, пересматривает свою жизнь, прежде чем незримая метла одно за другим сметет из его памяти все события. Он вспоминает детство и любовную заботу няни Лолы, холодную и прагматичную мать, эрудита-отца с его загадочной судьбой. Наиболее ценным сокровищем принадлежавшего отцу антикварного магазина была старинная скрипка Сториони, на которой лежала тень давнего преступления. Однако оказывается, что история жизни Адриа несводима к нескольким десятилетиям, все началось много веков назад, в каталонском монастыре Сан-Пере дел Бургал, а звуки фантастически совершенной скрипки, созданной кремонским мастером, магически преображают людские судьбы. В итоге мир героя романа наводняют мрачные тайны и мистические загадки, на решение которых потребуются годы.

Жауме Кабре

Современная русская и зарубежная проза
Мои странные мысли
Мои странные мысли

Орхан Памук – известный турецкий писатель, обладатель многочисленных национальных и международных премий, в числе которых Нобелевская премия по литературе за «поиск души своего меланхолического города». Новый роман Памука «Мои странные мысли», над которым он работал последние шесть лет, возможно, самый «стамбульский» из всех. Его действие охватывает более сорока лет – с 1969 по 2012 год. Главный герой Мевлют работает на улицах Стамбула, наблюдая, как улицы наполняются новыми людьми, город обретает и теряет новые и старые здания, из Анатолии приезжают на заработки бедняки. На его глазах совершаются перевороты, власти сменяют друг друга, а Мевлют все бродит по улицам, зимними вечерами задаваясь вопросом, что же отличает его от других людей, почему его посещают странные мысли обо всем на свете и кто же на самом деле его возлюбленная, которой он пишет письма последние три года.Впервые на русском!

Орхан Памук

Современная русская и зарубежная проза
Ночное кино
Ночное кино

Культовый кинорежиссер Станислас Кордова не появлялся на публике больше тридцати лет. Вот уже четверть века его фильмы не выходили в широкий прокат, демонстрируясь лишь на тайных просмотрах, известных как «ночное кино».Для своих многочисленных фанатов он человек-загадка.Для журналиста Скотта Макгрэта – враг номер один.А для юной пианистки-виртуоза Александры – отец.Дождливой октябрьской ночью тело Александры находят на заброшенном манхэттенском складе. Полицейский вердикт гласит: самоубийство. И это отнюдь не первая смерть в истории семьи Кордовы – династии, на которую будто наложено проклятие.Макгрэт уверен, что это не просто совпадение. Влекомый жаждой мести и ненасытной тягой к истине, он оказывается втянут в зыбкий, гипнотический мир, где все чего-то боятся и всё не то, чем кажется.Когда-то Макгрэт уже пытался вывести Кордову на чистую воду – и поплатился за это рухнувшей карьерой, расстроившимся браком. Теперь же он рискует самим рассудком.Впервые на русском – своего рода римейк культовой «Киномании» Теодора Рошака, будто вышедший из-под коллективного пера Стивена Кинга, Гиллиан Флинн и Стига Ларссона.

Мариша Пессл

Детективы / Прочие Детективы / Триллеры
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже