Читаем Безупречный враг полностью

После длинного второго ужина Олуо повел гостей смотреть тихий ночной город. Он знал столицу с младенчества, излазил тут все ребенком и вдобавок умел рассказывать легенды, радуя чуть хмельную компанию. Крид услышал, как богиня полюбила рыбака и потеряла его по злобной прихоти Волны. Как летучие рыбы объявили войну большой акуле и выгнали ее хитростью на берег, превратив в гору, на которой теперь и стоит дворец газура. А еще он узнал, что оримэо считают острова кружевом богини Сиирэл, которое она плетет от начала времен, включая в узор все события мира.

За ловких рыб, усердную в плетении богиню и ее несчастную семейную жизнь выпили в каком-то знаменитом, как сказал Уло, орииме верхнего города. Пара серебряных монет позволила проникнуть на кухню и рассмотреть во всех подробностях работу поваров в великолепных поясах с тремя широкими зелеными полосами. Парси пожелал убедиться, что не отравится необычной рыбой.

Не отравился. Надо признать, тэльры пили умеренно и вовсе не желали превратить прогулку в незабываемое для города событие. Говорили тихо, вели себя вежливо, никого не задирали. И собирались так же незаметно вернуться домой, в крепость главного храма.

К секретному ходу они вышли уже под утро. Олуо поперхнулся очередным словом, напряженно замер и показал рукой на два силуэта впереди. Люди крались к тоннелю. Двигались они так скрытно и осторожно, что просто не могли быть обычными гонцами или стражами. К тому же одеты в темное, а отнюдь не синее с белой полосой. Разве гонцы станут хорониться от своих? А если чужие идут с нехорошим намерением в храм…

Крид повел себя так, как привык поступать еще в Дэлькосте. То есть громко окликнул незнакомцев и потребовал объяснений. Парси поддержал, упомянув подзабытого за день кракена и несчастную каракатицу. Рослый чужак обернулся и ответил что-то на редкость неприятное, этих слов на эмоори принц не учил. Зато Роул их знал. И возмутился до крайности.

Еще больше он рассердился, опознав в говорившем Уло.

— Что за нелепый берег, — задумчиво протянул могучий страж, тоже признав противников, но не пытаясь извиняться или пояснять свое поведение. — Всегда тут драки. Но не теперь, пожалуй. Ни нам, ни вам не нужен шум.

— Кажется, они тоже ходили в город отдыхать, — догадался Парси.

Крид слегка расстроился: такая милая драка уплывает буквально из-под носа, а днем он сам сгоряча отказался посетить бои стражей… Ладно, допустим, Уло храму не враг, это понятно. Предположим, он ведет кого-то, желающего остаться неопознанным. Хамит, готовый принять удар на себя и дать спутнику уйти. Одна беда, сам-то спутник явно выпил больше разумного и не прочь продолжить удачную ночь, то есть подраться. Вот и доказательство: незнакомец добавил несколько особенно протяжных высказываний, — даже Олуо рассердился, — сделал шаг вперед, всмотрелся… Недоверчиво пожал плечами и сделал еще один шаг.

— Это касается всего Древа, и мы обязаны быть на той стороне, если потасовка неизбежна и кое-кто хочет драки. Роул, если разобраться, ты тоже обязан покинуть в данном случае сторону тэльров… В общем, уж извините, но если что, я в паре с братом, — уточнил положение дел рулевой. — Слушайте, давайте просто пойдем домой, а?

— Трусливое решение, — подал голос расстроенный незнакомец, старательно выговаривая слова на тэльрийском. — И вообще, пора начать войну с севером. Береговые… говорили же мне, как их… коты… кроты…

— Крысы? — предположил Парси.

— Сойдет, — широко махнул рукой незнакомец. — По-нашему — аку-улы.

— А что — если что? — рассердился на перебежчика Крид. — Излупить злоязыких, и все дела. Мы же эти… послы, лица неприкосновенные и еще недавно — мирные. Эй, у кого на той стороне морда тоже посольская, говорите сразу, чтобы потом не обижаться на синяки.

— Какой быстрый, — не вполне одобрил незнакомец. — Мы не дети, чтобы нас били всякие северяне. И плевал я на вашу неприку-ус… прика-ас… тьфу, одним словом. Без оружия?

— Владыка выставит меня из храма, — тяжело вздохнул Уло. — Сильно шумим, пожалуй, уже весь Гоотро нас заметил. Слушайте, ну одумайтесь вы, а? Ну хоть вы, — с отчаянием поклонился он спутнику, — разве виданное дело, чтобы сам…

— Одоле-еем врага, высадившегося на наш берег под покровом ночи! Без моего ведома, уже одно это требует казни на месте. Ничего, в темноте никто посторонний нас не рассмотрит, — громко прошипел незнакомец в ухо несчастному Уло. — Кто посмел следить? За мной — следить?

— Кому положено, те и следят, — мрачно предположил Уло.

— Тем более. Я реши-ительно настаиваю, мы их должны уложить сами, до подхода главных сил, — уперся незнакомец, усердно расстегивая пояс с клинком. — Как там говорят на севере? На а-аба-арда-аж, хорошее слово, а? Я прямо-таки приказываю!