Читаем Безупречный враг полностью

Уло обреченно вздохнул и взялся снимать пояс с саблей. Олуо несколько смущенно перешел-таки на сторону противника и уложил свои ножи в общую кучу. Попробовал еще раз показать Роулу невнятные знаки, ничуть не разъясняющие ситуацию, по мнению последнего. Зато «абордажник» все заметил и разразился новой чередой оскорблений, изо всех сил стараясь сделать драку неизбежной.

Роул встал левее от Крида. Они уже пробовали работать в паре и тренировались в короткие свободные часы на лодке, в Гравре и даже на постоялом дворе.

Расклад выглядел не безнадежным. Уло силен, но его брат устал за дорогу, а незнакомец — по движениям видно — пил больше, чем следует. Правда, его бойцовские возможности тоже непонятны, как и сила Парси.

Проверили. Оказалось — правда на равных. Уло швырял всех и ворчал про детские глупости. Олуо почти не помогал брату, зато их напарник был хорош. Но и Парси оказался толковым бойцом. Крид даже подумал, что пять с половиной лет назад удачно опоздал на пирс. Тогда, в семнадцать с небольшим, противник был ему не по силам…

— Крид Гравр Тэль-Коста, — с усмешкой произнес знакомый голос араави за спиной. — Как должен быть счастлив берег, выпроводивший тебя прочь и спящий спокойно!

Все шестеро вояк замерли. Разошлись, стали виновато отряхивать песок с одежды и разбирать оружие. Крид огляделся и обнаружил на берегу целый отряд стражей, а вдобавок два длинных узких кораблика на воде. Прямо на берег выдвинут нос большой лодки араави, владыка, вероятно, спешил в храм, но сделал крюк, чтобы понаблюдать за занятной дракой. Неужели она того стоила? Видимо, да: их шестерых опекали на редкость плотно и заботливо. Если подумать — владыка примчался, а точнее, сменил курс, в невероятно короткий срок. То есть Уло прав: доложили, так как следили. И не за ними, а за незнакомцем.

Граат мельком глянул на Светлое небо востока. Обернулся к трезвеющему спутнику Уло, с интересом ощупывающему свой нос, пухнущий все заметнее:

— Вы-то что делали тут, позвольте уж узнать? Этого безнадежного стража я не спрашиваю, он всегда любил нарушать правила.

— Ничего он не нарушал, — смущенно возмутился допрашиваемый куда более трезвым, чем прежде, голосом. — Я строго приказал проводить меня. Вы сами хороши, сиятельный. Нечего отбирать то, что уже не принадлежит храму. Умчалась по первому зову, записки не оставила, слова не передала… Ну мы и решили выяснить, что да как. После второго ужина в городе. Там, надо признать, попадаются неплохие повара. Потом я пожелал попробовать ром.

— Богиня Сиирэл, почему в последнее время твои вполне разумные создания впадают в детство? — без надежды быть услышанным воззвал араави.

— Так вроде все целы, — осторожно обнадежил Роул владыку.

— Идемте, — махнул рукой араави. — В произошедшем есть некоторое, пусть и малое, зерно пользы. Не надо писать во дворец и тратить силы, упрашивая зазнавшихся сонных вауров выделить для скромного владыки бесценное время повелителя Яоола.

Роул охнул и вцепился в руку Крида, ненадолго потеряв равновесие. Сам тэльр тяжко задумался. Кто-то ему уже говорил про вауров. Ах, да! Сирена Гооза — тот самый, ужин кракена на набережной — уверял, что при новом газуре он будет как раз вауром, а днем Роул что-то похожее твердил Онэи…

Крид споткнулся и глянул на сирену, делая сложный жест свободной рукой и кивая в сторону незнакомца, которого провожал Уло. Приятель мрачно кивнул. Парси ничего не понял, что не мешало ему забавляться мимикой друзей и видом их комичного уныния. У выхода из тоннеля араави коротко бросил гостям распоряжение:

— Немедленно переодеться и следовать за стражами.

Роул закрыл дверь своей комнаты, впихнув туда и Крида с Парси, бросил каждому одинаковый набор одежды синего цвета и со стоном упал на низкую лавку.

— Кто ему самый красивый синяк впечатал? — безнадежно уточнил он.

— Ты.

— Знаю, но так хотелось до последнего верить в лучшее. Теперь меня убьют, даже если не казнят. — Сирена заметил беспокойство на лице друга и мрачно уточнил: — Мама. Она будет здесь, может статься, уже завтра. И она, и Юго. Ох, сидеть мне на веслах год, не меньше. Хуже, если приставят к крепости, где учат сирен. Малолеткам вытирать сопливые носы до конца дней за один попорченный. Богиня моря, ты же мудрая женщина, помоги выкрутиться, а?

— Странная молитва, — с подозрением сощурился Парси. — А кому ты нос попортил?

— Его жемчужному великолепию, — нервно буркнул Роул. — Для самых наивных поясняю: Онэи — невеста газура. Их великолепие изволили навестить ее в храме, то ли со скуки, то ли из шалости пробравшись тайком. Или ему так некстати надоели собственные вауры с их занудством? Газур обязан ходить в окружении свиты, по ковру и уж точно не в синем! И тем более не в сером без отметок, как будто он вор… Уло тоже хорош, мог бы сказать. Хотя — не мог, запретили ему. То-то он подмигивал!

— Я думал — веко дергается, — пожал плечами Парси, поправляя рубаху.

— Ага, у него — и дергается, — вздохнул Роул еще мрачнее. — У стражей внутреннего круга покой нерушим. О-о, что там, поздно ныть, пойдем умирать героями. Непризнанными.