Читаем Безупречный враг полностью

— Муж мой, — всхлипнула газури, осторожно поправляя на лбу повелителя коралловое ожерелье, по заверениям лекарей, избавляющее от боли. — Вам помогали сирены храма, я знаю. Дозвольте послать за ними.

— Помогали? — поморщился Оолог, пытаясь согнуться и переместиться на бок. — Все ложь, вполне возможно, они меня и отравили. Никому не верю! Моя прежняя жена была сиреной и чуть не убила меня, знаешь об этом?

Женщина испуганно смолкла. Конечно, она знала. Кто во дворце не наслышан о доносе на газури, о коварстве ваура тайного дела, который отправил в подземелья дворца всю близкую родню красавицы с острова Фиори? Памятна таорам и сама ужасная казнь. Укус коралловой змеи — вовсе не та легкая и быстрая смерть, какую газур упрямо называл «милостью». А еще юная газури знала, что голос прежней жены повелителя был слишком слаб для любого опасного влияния…

— Твое дело молчать и ждать в покоях, пока я тебя не позову, — зло указал газур. Боль сильнее скрутила его тело. — Пошла вон. Тоир!

Газури торопливо удалилась, бледная и испуганная. Глава тайного дела, ваур, едва ли не единственный человек, которому повелитель еще иногда верил, разминулся с красавицей в дверях. С неприятным прищуром Тоир оглядел женщину с головы до ног. Счел едва различимый наклон головы достаточным для себя приветствием газури и шагнул в покои, оттирая ее, вынуждая посторониться. Еще бы! Это его люди выявили измену прежней газури. А способ казни избрал сам ваур. Коралловая змея должна была впрыснуть яд в шею, сокращая мучения жертвы, но поднесли тварь к правой руке… Газури торопливо убежала по коридору.

— Весь внимание, — прошелестел Тоир, сел на циновку и церемонно склонился, касаясь лбом мрамора пола.

— Лаани всего лишь женщина, в ней нет ни силы, ни ума для заговоров, — резко бросил газур. — Еще одно непочтительное действие — и ты сам ознакомишься с бассейном коралловых змей.

— Клевета, — ровным голосом заверил ваур. — Я почтителен и не ищу заговоров с участием Лаани.

— Последнее предупреждение, — разозлился Оолог. — Доносов на тебя предостаточно. Золото с севера возишь, пугаешь таоров пытками и тем вымогаешь мзду… Я только что сжег новую кипу листков. В них правда, а не клевета.

Ваур не выдержал и оглянулся на золотой треножник в углу. Над мелким, раздробленным специальной палочкой пеплом, еще трепетал одинокий стебелек дыма. Во взгляде Тоира отчетливо мелькнуло сожаление. Прочесть бы, хоть по почерку понять: кто писал, откуда исходит угроза…

— Ты еще дышишь, — усмехнулся газур, забавляясь сомнениями ваура, — потому что я так решил. Да, ты мразь и вор. Но пока что не предатель Древа.

— Ваша мудрость…

— Кто еще жив из родни моей бывшей жены?

— Двоюродный дядя, его сводная сестра, племянник и еще трое, все из дальней ветви родства.

— Я не давал приказа трогать семью, наоборот. Немедленно вернуть всем имущество и восстановить в правах. От себя выплатишь каждому сверх изъятого равную вторую меру.

— Но…

— Ты знаешь, что моя покойная жена не травила меня и тем более не желала погубить своего сына, — мрачно усмехнулся газур. — Недавно я выяснил имя подлинного виновника беды. Если докопаюсь до подтверждения того, что ты предполагал участие его рода с самого начала, бассейн со змеями станет твоей мечтой. Я достаточно внятно намекнул на немилость? Пока что ограничимся десятью палками по пяткам.

Ваур судорожно кивнул, больше не пытаясь скрыть ужаса. Его великолепие умел удивлять подданных. И очень любил давать им хоть ненадолго ощутить то, что испытывал сам. Ужас, рвущий тело чудовищной болью. И предвкушение страшного конца — тоже.

— Я ведь ценил ее, а когда-то и любил, — добавил еще одну каплю яда газур. — Она мать моего старшего сына.

То ли коралловое ожерелье сработало, то ли подействовал приятный вид зеленеющего ваура, но боль приугасла. Оолог блаженно откинулся на подушки и улыбнулся. На лбу появились мелкие капельки испарины, обычный признак завершения приступа. Тепло наполняло тело, изгоняя саму память о страдании.

— Что с северо-восточными островами?

— Погиб еще один зур. Храм утверждает, что убиты три жреца и сгорел причал с лодками. Владыка Роол спешно отбыл с Гоотро, желает лично увидеть и разобраться.

— Проворный старик, — то ли похвалил, то ли возмутился газур. — Что нового скажешь о нем? Или я знаю больше, чем мой ваур? А зачем мне такой ваур?

Тоир сложил ладони, плотнее вжавшись в пол. Он слышал по тону: это уже не угроза, а всего лишь игра. Надо соответствовать — бояться и трепетать, хотя сегодня шторм, слава богине, прошел стороной, задев лишь краем. Снова, уже в который раз…

— Его семья. У владыки есть жена, это юная сирена с посредственной каплей божьей при интересном голосе, зато указанная сирена отличается весьма незаурядной внешностью…

— Новость, потрясающая корни островов! Не томи, изложи и главную тайну, самого владыку зовут Роол, это его настоящее имя, — шепотом подсказал газур. — Ты решил меня утомить? Или считаешь впавшим в беспамятство?

— Простите, я бы никогда…

— Мне тошно от твоих оправданий. Или излагай новое, или убирайся.