Читаем Безупречный враг полностью

Авэи осторожно развернула тугую трубочку, пахнущую незнакомыми благовониями. Почерк Виори был резковат и крупноват. Но слова, усмиренные подобно штормовым волнам под голосом сирина, получались целиковые, и хвосты строк не заползали вверх, делая лишь слабую попытку потесниться и уместить окончание. Авэи читала и не верила, что на листке есть хоть слово правды. Загадочная Виори была не просто лгуньей, она не знала удержу и сочиняла самозабвенно! Два загнанных коня, шкатулка с картой, предавший ради денег и зарезанный без жалости любовник, обсуждение с портнихой нарядов для летнего бала, флирт со знатным и полезным человеком, встреча с обладателем голоса, готовым убить… Полдень.

Дочитав до этого слова, Авэи прикрыла глаза и тряхнула головой. Какой полдень, если тут на полгода событий и все они вообще не совместимы! И что такое «бал»?

— Она сумасшедшая? — осторожно спросила Авэи.

— В какой-то мере, — охотно согласился араави. — За минувшие полвека она была лучшей из всех, кто служил Древу на северном берегу. Три года назад Виори подготовила первую ученицу и отправила в Нагрок, есть такая страна далеко на севере. Вторую девочку и юношу доучивает теперь… Недавно она потребовала добавить еще одну девочку в обучение, ей скучновато, дети слишком… спокойные и рассудительные. — Араави резко поднял руку, не позволяя себя перебить. — Авэи, сирены обычно не допускают даже мысли о препирательствах с обладателем перламутрового жезла. Ты ведешь себя отвратительно… что должно обнадежить Виори, если она пожелает узнать о тебе. Север бесконечно опасен, там никто не помогает нашим людям. Нет надежных стен и бухт храма, за спиной не стоит стража древней крови, милейшие люди лгут без яда и меда звучания всегда и всем, а ты одна против этой лжи, наивная и беззащитная. Почти каждый год мы теряем своих людей, и далеко не каждому удается умереть просто.

— Ох…

Араави нахмурился, сокрушенно вздохнул, но его глаза смеялись.

— Сотня праздничных фонариков снова на воде? И мы готовы мечтать о страшном, опасном и смертоносном? Нам хочется быть обманутыми и униженными?

— Так я же их тоже же, — запуталась в обещаниях Авэи, щупая помост и не приходя в себя от потрясения. Новые мечты, сотканные араави буквально из нескольких ловко подобранных предостережений и намеков, заслонили настоящую жизнь. Эти грезы оказались несравнимо богаче и интереснее прежних. — Я сирена!

— Милейшая и тишайшая энэи Виори сидит в соседней комнате, — спокойно сообщил араави. — Она слушает нас. Сейчас ты пойдешь к ней и, если тебя соизволят заметить, вы потолкуете о том о сем. Я не знаю, годна ли ты в ученицы, и не хочу обрекать неподходящего человека на слишком скорую гибель. Мы проведем проверку, и после энэи Виори решит, стоит ли тратить на тебя время. Люди, что внушили тебе мечтания о Ноире, все еще в этом замке. Мы хотим выявить всех, кто неверен своему долгу, а не одного предателя, уже известного нам по наблюдениям Боу. Это значит, ты пока что продолжишь играть роль мечтательницы, вздыхать о Ноире, а вдобавок научишься следовать указаниям Виори. Она посмотрит, умеешь ли ты играть и хватит ли у тебя сил и мужества, здравого смысла и хладнокровия, чтобы исполнить задание и уцелеть. Не исключаю, что ты попадешь на какое-то время в подвалы восточного замка. Это большая игра. Опасная. Конечно же у тебя есть право отказаться.

— Я могу увидеть ее прямо теперь?

— Ты помнишь о своем оружии и своей защите?

— Разум, здравый смысл и это… ну, остальное.

— Обычно о совести забывают быстрее всего, — с оттенком сожаления посетовал араави.

— Простите.

Жест руки араави соединял прощение, приказ удалиться и благословение. Поклонившись, Авэи спотыкающимся — ведь нельзя срываться и бежать! — шагом заспешила в соседнюю комнату. Виори с первого взгляда поразила воображение возможной ученицы. Она была ослепительна! Независимо от возраста… Гордая посадка головы, длинная шея, волны волос, изысканный наряд, тонкий запах благовоний — все это лишь мелочи, едва заметные в сравнении с главным: эта женщина знала собственную уникальность и вовсе не подлежала сравнению с кем-либо.

— Садись. Будем разбираться, как ты слушаешь людей и что способна сказать о них после беседы, — проговорила Виори хрустальным голосом, наполненным медом… или ядом.

Авэи рухнула на циновку, восторженно глядя в лицо своей мечте, только что обретенной и по-прежнему недосягаемой. Красиво очерченные яркие губы наметили холодную улыбку. Виори чуть приподняла тонкую бровь, весьма определенно выразив неготовность выслушивать восторженный младенческий писк.

— Я хочу знать все, что ты думаешь об араави Граате. Вы беседовали так долго, ты даже перебила его дважды и позволила себе задавать вопросы, не спросив на то соизволения, тоже дважды. Ты охнула, что никуда не годится, разве что ты сознательно выказывала некое отношение или проверяла ответное поведение. Начинай рассказ.

— Но…

— Я разве ждала возражений или вопросов? Начинай.

— Он араави, он очень умный и… не злой.