Читаем Безупречный элемент (СИ) полностью

— В Цитадели содержат учеников только в период адаптации после обращения, или когда обучают особо одаренных, повышая уровень их способностей. Таких посвященных единицы. Некоторые адепты, уже прошедшие определенную ступень обучения, могут покидать стены Цитадели, имея специальный допуск. Это не бумажка с печатью, не электронный ключ и не гостевой бейджик, как вы понимаете. Это некая магическая метка, позволяющая беспрепятственно преодолевать барьер. Такая метка строго индивидуальна, она контролируется, является чем-то вроде маячка и полной свободы передвижения не дает, хотя и позволяет выйти и войти обратно. Есть ли такое разрешение у девушки, которая вас интересует, — Оз развел руками, — мне неизвестно. Члены Ордена предельно скрытны во всем, что касается их дел. Зато свои носы суют беспрепятственно везде, где им вздумается. Основное сообщество сородичей предпочитает с ними лишний раз не связываться. Слишком уж они непредсказуемы и себе на уме. Нагружены всякими тайнами и непонятностями по самое некуда, никогда точно не знаешь, врут они или виртуозно искажают правду. Человеческая девушка их заинтересовала. Не удивлюсь, если окажется, что ее уже обратили и сейчас тщательно изолировали на период адаптации. Орден всегда был жадным до наделенных особыми талантами, а в ней определенно что-то такое имеется. Но в круг моих интересов она уж точно не входит. А вам — удачи в поисках.

И, оставив Леонара погруженным в мрачное молчание, Оз стремительно исчез, словно телепортировался прямо от столика, за которым они сидели.

За оставшиеся до утра пару часов Лео без труда нашел то место, где должен быть вход в Цитадель и вскоре убедился, что если Оз ему не соврал и дал верные сведения, то войти туда действительно невозможно. Уютный, мирный внутренний двор, окруженный старинными многоэтажными зданиями, имел два противоположных выхода на улицы через арки. Через одну из них Лео вошел, через другую вышел на соседнюю тихую улочку, застроенную такими же величественными особняками. Лео присматривался и прислушивался, ходил туда и обратно, не торопясь входить в подземный паркинг, в котором, по словам Оза и должен быть надежно скрытый проход в Цитадель.

Войдя, наконец, внутрь, вампир неспешно прошествовал вдоль рядов припаркованных машин, пока не уперся в стену.

На краткий миг движение его сильного мощного тела словно замедлилось, встречая невидимую преграду, мягкое пружинящее сопротивление. Человек ничего бы не почувствовал, а вампир, с его обостренным восприятием окружающего мира, ощущал, будто уткнулся в невидимую мембрану. Усилия преодолеть преграду успехом не увенчались, и остаток ночи Лео провел, сидя на лавочке возле фонтана. Один раз через двор быстро прошла женщина, кутающаяся в меховой воротник куртки, и это совершенно точно была не Фреда. Вампир не сомневался, что ее бы он точно узнал.

Больше никто не входил и не выходил во двор и со двора. Округа словно вымерла, погрузившись в сон, в домах не светились окна. Обычные люди, лишаясь сна, часто тоскуют предрассветными часами от ощущения, что попали в безвременье, где никого и ничего нет. Вампиру Леонару Борегару подобное чувство тоже было прекрасно знакомо. Оно не раз подкарауливало и нападало на него с того самого дня, как ни стало Мэдисон.

В такие моменты Лео готов был выть от неизбывной злости и от остроты понимания, что упустил в своей НЕжизни нечто важное и ценное.

…На следующую ночь Лео побывал в доме Фреды и нашел ее квартиру опечатанной. А тот самый аромат, который никак не исчезал из его памяти, отсутствовал возле ее жилища, подтверждая, что хозяйка здесь давно не появлялась.

Остаток ночи он снова провел, сидя на той же лавочке у фонтана. Редкие прохожие проходили через молчаливый двор и исчезали в стенах своих домов. И никто из людей даже отдаленно не напомнил ту, которую он искал. Ярость от вынужденного бездействия и пустой траты времени то подступала, то откатывала, но Лео не мог поделать ничего, кроме как пребывать в томительном и пока бесполезном ожидании.

Позвонив Тайлеру, Лео узнал, что у них с Эйвином все в порядке, и они продвинулись в получении нужной им информации, но сведения эти не для телефонного разговора.

Если Тайлер не хотел говорить ничего по телефону, значит, они действительно узнали нечто интересное. Хорошо, хоть что-то где-то продвинулось.

Эйвин вызывал у Лео откровенную симпатию. Именно таким и должен быть сын Мэдисон.

Парень был вовсе не психованным размазней, как показалось поначалу. Несмотря на то, что ему крепко досталось, Эйвин держался молодцом, не выказывая страха или нетерпения, не истерил и не задавал лишних вопросов. Ко всему прочему юноша обладал крайне полезным талантом. Зарабатывая на жизнь профессией программиста, он оказался настоящим компьютерным гением, умевшим получить доступ туда, куда обычному пользователю никогда не добраться.