Несколько других западных философов также сумели доказать — по крайней мере, самим себе — существование некоего высшего существа. Прибегнув к логическим рассуждениям, они дали подробнейшее описание атрибутов этой божественной силы:

Мы можем также заключить, что это высшее существо, которое является единственным в своем роде, всеохватывающим и необходимым, не имеющим ничего вне себя, что было бы от него независимо, не должно подпадать ни под какие ограничения и должно вмещать в себя столько от действительности, сколько возможно.

Готфрид Вильгельм Лейбниц

Все идеи, постольку, поскольку они имеют отношение к Богу, истинны, то есть являются надлежащими, и посему (согласно общепринятому определению эмоций) Бог избавлен от всех страстей.

Барух (Бенедикт) Спиноза

Святые дураки, как восточные, так и западные, могли бы поинтересоваться, каким образом западным философам удалось с помощью всех этих рассуждений проложить путь между собой и своим богом. Ведь, казалось бы, рациональные объяснения отделяют мыслителя от Бога, приписывая тому некие неизменные и уникальные свойства. Более того, попытки постичь Бога только умаляют его силу и делают его менее таинственным. Перефразируя слова Лао–цзы о дао: «Дао, о котором можно что–то сказать, — не вечный дао», можно сказать: «Бог, о котором можно что–то сказать, — не вечный Бог».

Трактаты классиков западной философии являют собой подлинные шедевры абстрактного мышления. Однако, с позиции философии современного языка, многие из этих рассуждений являются чистой бессмыслицей, так как авторы трактатов пользуются определениями, которые не прояснены, и понятиями, которые замыкаются на самих себе. Вдобавок темы этих философских споров показались бы современному человеку совершенно неуместными. Воз — [115] можно, у всех идей и способов познания и не может быть иной судьбы: все доказательства носят временный характер, а все жгучие вопросы в конце концов теряют свою актуальность и не оставляют после себя и следа. Давая характеристику западной философии с позиций XX века, Людвиг Витгенштейн делает вывод:

В результате философия лишь обнажает тот или иной пласт бессмыслицы и те шишки, которые познание себе набило, пытаясь преодолеть заложенные в нашем языке ограничения.

Классическая западная философия сделала разум новоявленным Мессией, этакой божественной силой, которая воплотилась ради того, чтобы принести людям спасение. Мы можем себе представить, как Божественный Разум — безупречный по форме воздушный шар, наполненный мыслями, — отрывает западного человека от земли, от всего телесного и созданного природой, чтобы перенести его в некое созданное специально для него прибежище. Паря с риском для себя в течение веков где–то в вышине, мы только и делали, что думали и думали, но в конце концов нам пришлось опять спуститься на землю. В результате все та же безумная мудрость нанесла нам сокрушительный удар по голове. [116]

ГЛАВА 6

ФИАСКО ЭКЗИСТЕНЦИАЛИЗМА

После длительного периода, в продолжение которого разум делал неимоверные усилия, чтобы осмыслить окружающий мир, западная философия путем проб и ошибок пришла к собственной разновидности безумной мудрости. В XVIII–XIX веках мыслители Запада вынуждены были с горечью признать, что интеллект не способен понять мироздание и его предназначение. В середине XX века представители философского течения, названного экзистенциализмом, объявили о том, что разум зашел в тупик, а классическая западная философия умерла.

Экзистенциалисты страстно хотели постичь природу своего ума, дать ей наименование и упорядочить ее, но разум не оправдал их надежды. Уподобившись обманутым любовникам, многие из них впали в меланхолию и, ожесточившись, набросились на некогда превозносимый ими человеческий интеллект.

Разум не помог экзистенциалистам найти путь к спасению, но он и удержал их от того, чтобы начать искать утешение в боге или религии. [117]