Читаем Безмолвная (СИ) полностью

Чтобы чем-то занять себя принимаюсь за посуду, горкой, наваленную в раковине. Закончив, осматриваю дом на предмет хозинвентаря, а найдя искомое, берусь мыть пол. Врачи изрядно натоптали на его лакированной поверхности.

Чинчин, проводив жену до машины, остаётся снаружи, пристроившись на скамейке, возле крыльца. А ВонХо, посмотрев на развитую Лирой бурную деятельность, прихватывает початую бутылку соджу и присоединяется к хозяину. Мне не слышно, о чём они говорят, но не успеваю я закончить уборку, как они оба появляются на пороге.

— Лира, — обращается ко мне ВонХо, — Чинчин хочет о чём-то с тобой поговорить. Пожалуйста, выслушай его.

Откладываю тряпку, киваю старику, давая понять, что весь внимание. Он не заставляет себя ждать.

— Лира-ян, мою жену выпишут не раньше, чем через неделю. Я не против, если она там пробудет столько, сколько скажут врачи, ведь, здоровье важнее всего, особенно, в нашем возрасте. Но она не может бросить работу на время болезни, а подменить её некому. Ты, наверняка слышала, как тяжело найти работу в Косоне, и моя жена очень ею дорожит. Я вижу, что ты отлично справляешься с работой по хозяйству: готовишь, убираешься… Может быть, ты сможешь, эту неделю поработать за мою чаги, а если захочешь, то и пожить у меня? Я буду искренне тебе признателен за помощь. Хён меня поддерживает. Он поговорит с супругой, чтобы тебя отпустили.

Конечно же я цепляюсь за предложение. После безрезультатных изысканий на местных интернет-площадках, такая возможность кажется манной небесной. Подарком судьбы! Меня даже не смущает что придётся замещать СонЁн в качестве уборщицы-посудомойки в популярном у туристов клубе, в Косоне. Не самая приятная работёнка, но как говорится «дарёному коню…». Тем более, день напролёт, со слов Чинчина, вкалывать не требуется — смены вечерние, в самый наплыв посетителей, когда каждая пара рук на вес золота — с семи до одиннадцати вечера. Два через два. Оплата по факту, двадцать тысяч вон на руки. Не сказать, что меня радует эта сумма, но за четырёхчасовую смену лучшего предложения я всё равно не найду.

«Это же целых двадцать баксов» — делаю я в уме нехитрые вычисления, опираясь на текущий курс к вечнозелёному, который подсмотрел ещё в школе, пока лазал по интернету.

После недолгих колебаний, соглашаюсь и на переезд. Сразу по нескольким причинам. Во-первых, мне осточертели некоторые рожи «родственничков», во-вторых, какая-никакая независимость, а в-третьих, при изменившихся обстоятельствах, мне будет удобнее составить собственный распорядок дня, чем подстраиваться под коллективный. Сплошные плюсы! Решается вопрос и с транспортировкой. Оказывается, от ближайшей остановки, до которой — рукой подать, ходит автобус в нужную сторону. До школы на нём не доедешь, но что такое пара-тройка километров для бешеной собаки? Не крюк! В самый раз прогуляться, вместо утренней зарядки.

Заканчиваю уборку, и подумываю залезть в душ, но Чинчин показывает на воображаемые часы на руке, мол — время! Со слов старика, его жена выезжала из дома в половине седьмого, укладываясь в двадцать минут на дорогу, а сейчас, уже без пятнадцати семь, и я опаздываю! Разумеется, на такси меня никто не посадит, но ВонХо соглашается подбросить, благо, ещё не уехал. Вспоминаю, с какой скоростью он вёз нас из школы и становится грустно. Уж лучше, на автобусе. Напоследок, хозяин дома всучивает мне несколько сложенных купюр, и даёт краткую инструкцию как вернуться обратно.

— Ты должна успеть на последний автобус. Чаги всегда на нём приезжала.

На мой вопрос о расписании движения, тот, лишь пожимает плечами.

— Я не знаю, но постарайся не опоздать на него, иначе, придётся ехать на такси, а это дорого.

[ А во-сколько нунним приезжала домой? ]

— Примерно, в половине двенадцатого, — отвечает Чинчин. Прикидываю в уме время. Если, автобус доезжает за двадцать минут, плюс, минут пять пешком до дома… По всему выходит, что лететь мне на сверхзвуковой скорости до остановки, после конца смены.

Уже погрузившись в машину, осознаю, насколько авантюрное решение поработать вместо СонЁн. Начиная с того, что могут попросить документы, а узнав возраст Лиры, дать пинка под зад. И заканчивая, банальным: «Девочка, ты чего здесь делаешь? Несовершеннолетним вход воспрещён!».

* * *

ЁнХэ была недовольна. Сюжет об отважной девочке никак не складывался. Сначала побег виновницы с места событий. Потом, парень, помогавший вытащить на берег пострадавшего, оказался сыном известного в Косоне богача. Она вспомнила его, по одному из своих прошлых сюжетов. А следом, и спасённого мальчика, чьё имя прозвучало на всю набережную. И это тоже тянуло за собой проблемы. На следующее утро, ей позвонил начальник, и под страхом увольнения запретил беспокоить или, просто упоминать в сюжете, уважаемую семью, чем, не оставил камня на камне от наспех скроенного плана съёмок. Пришлось в срочном порядке его перекраивать, отводя сто процентов времени главной героине.