Мы поужинали, и папа предложил сыграть в скрабл. Я всегда очень любила эту игру, от родителей можно было узнать множество интересных слов, но в этот раз только злилась. Как так получается: я все силы прикладываю к тому, чтобы выкинуть Джо из головы и из моей жизни, а он уже втирается в нашу семью!? Не только сидит в нашей кают-компании, ест нашу курицу и играет в скрабл, так ещё и выигрывает! Джо и, правда, здорово везло. Он уже два раза составил длиннющие слова. Не везло маме. Ей попадались почти одни согласные и она ставила лишь коротенькие словечки. Джо  удивлялся тому, что мы составляем слова из разных языков.

 - Так же можно сжульничать! – сказал он.

  - Ты в своём уме, Джо? – удивилась я. – Зачем это делать?

 - Ну, чтобы выиграть…

 - А тебе важно выиграть любой ценой?  - как бы между прочим спросила мама.

 - Конечно, мэм! – усмехнулся Джо, но тут же спохватился. – Если это не противоречит принятым правилам.

 - А если правилам не противоречит, - допытывалась мама, - тогда как?

  - Тогда  - «победителей не судят» - смутился Джо.

 - А если это идет в разрез с законами чести, совести, морали? – не унималась мама.

 - Мораль – понятие достаточно расплывчатое. Даже в одном и том же социуме оно меняется  со временем. Как можно опираться на то, что неоднозначно? Нет ничего более непостоянного, чем мораль. А совесть и вовсе - религиозное понятие.

 - Ты – софист, - наконец вставила я.

 - Я – философ!

 - Фарисей, - зло пробурчала я. – Лицемер, пустозвон…

 - Мне кажется, для составления всех этих слов у тебя не хватит букв, - съехидничал Джо.

 В разговор вмешался папа.

 - Гленн, милая, не накидывайся на мальчика. Всё ясно, с моралью он ещё не определился. Софи, детка, может не будем развязывать третью мировую прямо сейчас? Принеси-ка лучше нам сока.

 Я пошла за соком, по пути придумывая чтобы ещё такого сказать Джо, а вернувшись увидела, как мама с упоением рассказывает о каждом экспонате с папиной «стены тщеславия». Я потеряла единственного союзника.

 Когда Джо ушел, я спросила маму:

 - Так он тебе понравился?

 На моё удивление мама пожала плечами.

 - Ещё не поняла, хотя мальчик очень умный.

 - Вот это да! Как же это «не поняла»? Ты ведь сначала накинулась на него, а потом любезничала с ним весь вечер!

 Мама потрепала меня по голове.

 - Вам с ним будет очень тяжело…

 Я возмутилась:

 - Почему ты думаешь, что у нас с ним может быть хоть что-то общее?

 - Вас тянет друг к другу. Это видно невооруженным взглядом. Он – не отрывает от тебя глаз, ты – ловишь каждое его слово.

 - Это потому, что я его – ненавижу!

 - Да, напряжение между вами есть, - засмеялась мама. Вы умудряетесь не только друг друга в тонусе держать, но и остальным от вас просто беда. Уж насколько я спокойная – и меня завели.

 - Потому, что он – отвратительный, самодовольный, примитивный идиот!

 - То, что он не примитивный, можно сказать определенно. Он очень неоднозначный мальчик. Папа до сих пор пребывает в шоке.

 - А с папой что случилось? Это вообще была его идея – пригласить  Джо.

 - А ты разве не знаешь? Пока ты ходила за соком, Джо объявил нам, что у него честные намерения и он хочет жениться на тебе. Ну, разумеется,  не сейчас, а когда вы вырастете, закончите колледж..

 - Вот ведь идиот! – возмутилась я.  – А папа что?

 - Попробовал перевернуть всё в шутку, но захлебнулся словами. Испанскими, в большинстве.

30. Проводы

 Почти все лето мы провели на «Нике» и  вспоминать Джо Харпера мне было просто некогда. Часто с нами на яхте гостила Марианна, иногда вместе с мадам Дюпон. Папа рассыпался ей в комплиментах и так тараторил по-французски, что мама переставала его понимать и даже немного злилась. Зато мадам Дюпон шила нам с мамой платья совершенно бесплатно. А ещё у них с мамой был небольшой бизнес. Оказалось, что ирландское кружево не только снова в моде, но и высоко ценится. И мама вязала его, а мадам Дюпон вставляла эти кружевные элементы в платья, которые шила на заказ.

 Наша жизнь сделалась спокойной, мне стало казаться, что мы никогда больше не вспомним про картель, и нам не придется срываться с места и уходить в открытое море, не успев попрощаться с друзьями.

 А в Астории у меня появилось много друзей. Кроме Марианны, с которой мы стали очень близки и делились всем, были ещё мальчишки с которыми я гоняла на велосипедах по холмистым улицам Астории. Правда, они были младше меня и учились ещё в средней школе.

 На день рождения родители подарили мне маленький плеер и папа закачал туда мои самые любимые мелодии и звуки природы.

 - Береги его, Софи, - сказал он мне серьезно. – Очень береги.

 - Папочка, ну не надо со мной, как с маленькой! Мне ведь исполнилось пятнадцать лет! Джульетта в моём возрасте уже и замуж вышла и умерла.

 Папа вдруг вздрогнул и прижал меня к себе.

 - Как хорошо, что ты у меня ещё маленькая…

 Именно после моего дня рождения родители начали нервничать и шушукаться, словно у них были тайны от меня. Неприятные тайны.