В деревне во всю шел ожесточенный бой. Казалось, словно каждый житель в этих местах умел сражаться, и потому на земле я видел лишь трупы местных «разбойников», раздетые по пояс. В качестве оружия они использовали что попало. Кто то мечи, кто то ножи, а кто то просто сжимал камень в мертвой руке.

Из за дыма и огня, разглядеть своего спутника я не мог. Местная «деревня» насчитывала порядка пары сотен домов, что для деревни было даже слишком. Однако, насколько мне известно, большинство населения Накеи живет именно в этих местах. Их распределение по региону неравномерно.

Лишь сделав шаг вперед, я внезапно ощутил у себя за спиной порядка десяти магических сигнатур. Когда они успели появиться?

Кто то ударил меня в спину, и я не успев среагировать, упал на серую землю. Похоже, меня застали врасплох. Да и на самом деле их было не десять. Значительно больше…

Эти ублюдки начали избивать меня ногами, руками, и всем что попадется под руку, не переставая отпускать в мою сторону похабные оскорбления.

И даже сейчас, моё пламя отказывалось выходить. Жалко лежа на голой земле, и принимая побои, я ощущал, как закипает ярость. Я не могу умереть вот так, от каких то дикарей; в моих руках десяток чужих душ…

Внезапно, мой глаз заметил какой то блеск в земле. В нескольких сантиметрах от моего лица, из под земли выглядывал кусок металла, напоминающий лезвие. Сейчас мана не защитит мое тело, но… плевать я на это хотел. На мне и так уже достаточно ран.

Ухватившись зубами за толстое лезвие, я начал рыть лицом землю, до момента, когда железный осколок вырвавшись из плена, рассек мне щеку до уха.

Что есть силы сжав кусок металла в зубах, игнорируя все удары, и заглушив боль, я одним рывком отбросил нападавших, вскакивая на ноги, словно уж. Моё тело всё ещё сильно, и сейчас эти ублюдки на собственной шкуре ощутят эту мощь.

Двигаясь инстинктивно, и используя единственную еще работающую магию — чувства, я молнией перемещался от одного противника к другому, перерезая им глотки мощными рывками.

Безумный прилив адреналина разгонял кровь, но время, словно тянулось дольше. С каждым медленным, тяжелым ударом сердца, что раздавался в моей голове, падал один противник. Перед смертью, каждый из них с ужасом смотрел мне в глаза, умоляя о пощаде, словно загнанный зверь.

Но разве я могу простить животных, подобных этим? Бандиты Гинны хотя бы имели кодекс чести, зачастую оставляя людей в живых. Сейчас же передо мной лишь ходячие куски мяса, не достойные второго шанса.

Наконец, спустя всего одну минуту, более сорока тел бездыханно опустилось на землю. Похоже, в процессе их становилось больше, словно их настоящим именем было: «пустынная крыса».

Тяжело дыша, с застрявшим во рту лезвием, и обломками железа выступающими из разных частей тела, я наслаждался рассветом. В моем лице на мгновение промелькнула безумная улыбка, но я сразу же подавил ее. Когда это мне, так сильно нравилось убивать людей? Пускай среди них были не только люди, но и тифлинги, и даже если они ведут себя как животные… Это ведь не повод так наслаждаться убийством.

А вот и Азариас. Он уже спешит ко мне, из догорающей деревни. Кажется, мы победили. Черт, я вновь теряю сознание. Только не это…

Пустота, темнота, и свет впереди.

И вновь, вновь я бегу за ней. Беззащитный силуэт девушки удаляется от меня, пропадая в пустоте, но я не отступаю. В моих зубах обломок металла, на лице — безумный оскал.

Я хочу убить ее. Перерезать ей глотку. Здесь я хозяин, здесь я главный. Ты не уйдешь от меня, как не ушли они.

— Мелкая сука, стой на месте, чтобы я мог вырезать твои гланды. Даже не думай, что сможешь сбежать от меня, — эти слова вырываются из моих уст. Почему… Ублюдок, почему ты заставляешь меня смотреть на это. Слушать это.

И ведь я знаю ответ. Эту девушку я… Я наверняка люблю ее. Я не хочу, чтобы она страдала. Чтобы видела меня таким. Ты ведь тоже знаешь это, да? Придет время, когда ты ответишь мне за это снова.

«Наивный идиот», — прозвучал мерзкий голос в моей голове. Он принадлежал мне, но так же был безумно искажен.

Внезапно, лицо Луны появилось прямо передо мной. Она в ужасе застыла на месте, не в силах шелохнуться. Той уверенной, смелой и опытной девушки, что я когда то знал, уже не существовало. Теперь, вспоминая наш разговор в храме Темпест, я догадываюсь, почему… Всё это, лишь моя вина. Она сделала для меня, даже больше, чем могла, а теперь…

Теперь кусок металла впивается в ее шею, подбираясь к сонной артерии.

И всё же, Луна сохранила стержень. Не только, и не столько ужас выражал ее взгляд, сколько гордое, и надменное отвращение. Она ненавидит меня.

— И снова ты взялся за старое. Когда же ты успокоишься? — знакомый голос прозвучал из за спины.

Едва я успел ощутить чужое присутствие, как серая фигура свернула мне шею, вырвав язык.

— Не возвращайся сюда больше, если не хочешь ещё больше проблем, — констатировал мужчина, пока я проваливался в пустоту.

Я хотел закричать, но не смог… Я больше не могу кричать.

Глава 21 — Холодная кровь