— Я понимаю. Вы хотите знать, насколько грязной будет такая работа.

— Вот именно. Проверка должна быть абсолютно точной, — сказал изготовитель оружия. — Вы не сможете производить испытания на мелких собаках. Предполагаю, вы сможете добыть несколько представителей самых крупных пород? Лучше всего подойдут такие собаки, как ньюфаундленды, элкхаунды, сенбернары и тому подобное.

Доктор Варник нахмурился. Большинство его добычи составляли мелкие псы, такие, как Спарки, — их было легче всего похитить.

— Большие псы встречаются редко, их тяжело содержать. И уж тем более редко они попадаются нам.

— Вы отказываетесь от нашего предложения? — спросил бизнесмен.

— Ну… трудно сказать точно. Я еще не принял решение.

— Быть может, я могу предложить вам то, что поможет вам собраться с мыслями. — Бизнесмен щелкнул замками второго «дипломата» и откинул крышку. В чемоданчике лежали толстые пачки стодолларовых купюр.

Доктор Варник долго взирал на деньги с нескрываемым вожделением, а потом улыбнулся бизнесмену.

— Думаю, мы с вами поладим, — сказал он со зловещей ухмылкой.

Глава двенадцатая

Как большинство собак — и большинство людей тоже — Бетховен терпеть не мог ходить на прием к врачу. Но животным — как и людям — время от времени нужно делать прививки, и потому Бетховену никак невозможно было отвертеться от визита к ветеринару. Вести его туда должен был мистер Ньютон, но Райс, Тэд и Эмили вызвались сопровождать их, чтобы хоть немного подбодрить Бетховена.

Все пятеро сидели в приемной у ветеринара, ожидая, пока доктор вызовет пациента в кабинет. И тут в приемную вошла пожилая женщина, державшая на руках прихворнувшую персидскую кошку.

Она заняла единственное свободное место — прямо напротив Бетховена и семейства Ньютонов. Кошка жалобно мяукала, и хозяйка гладила ее, пытаясь успокоить. Больше всего кошка была похожа на большой комок белого длинного меха.

— Тише, тише, Поки, — шептала женщина. — Скоро мы покажем тебя нашему доброму врачу…

Однако Поки не обращала ни малейшего внимания на слова хозяйки. Она смотрела прямо на Бетховена — вероятно, ее очень тревожило пребывание в одном помещении с таким огромным псом.

Бетховен интересовался кошкой не меньше, чем она — им. Будучи псом, он не особо любил кошек, однако находил их невероятно забавными существами.

— Гав! — сказал он, обращаясь к Поки. Это было скорее осторожное приветствие, нежели угроза, однако Поки этого не поняла. Она прижала уши, и шерсть на ее спине встала дыбом, словно от электрического разряда. Кошка испуганно зашипела, а потом обмякла на руках у хозяйки.

— Поки! — вскрикнула женщина.

— Бетховен! — заорал мистер Ньютон.

— Поки! Поки! — Женщина, казалось, была вне себя от беспокойства. — У нее обморок!

— Я и не знал, что кошки способны падать в обморок, — прошептал Тэд.

— И я не знала, — подтвердила Райс.

Мистер Ньютон и хозяйка Поки изо всех сил старались привести кошку в чувство. На это потребовалось несколько минут, однако в конце концов Поки пришла в себя. У нее был несколько растерянный и ошеломленный вид.

— Думаю, нам следует подождать снаружи, — сказала хозяйка Поки.

— Пожалуй, так будет лучше, — согласился мистер Ньютон. Он устремил на Бетховена полный ярости взгляд и приказал. — Тихо!

Бетховен покаянно повесил голову и напустил на линолеум небольшую лужицу слюны.

Ждать приема у ветеринара пришлось долго, и Эмили не нашла иного развлечения, чем сосать собственный палец.

Джордж Ньютон с отвращением покачал головой.

— Как можно совать палец в рот после того, как ты трогала им эти стулья?

— Это свойственно маленьким детям, — заметила Райс.

— Детям? — переспросила Эмили. — Мне ведь всего пять лет.

— Ну да, — вступил в разговор Тэд. — Стоматолог сказал, что от этого портятся зубы.

Эмили даже и не подумала вынуть палец изо рта; вместо этого она шепеляво произнесла:

— Кто бы говорил, Тэд. Ты сам чешешь ногу, когда спишь.

— Ну и что? — возразил Тэд. — Зато я не сосу палец, правда?

Судя по виду Эмили, это ее не убедило.

— Ты знаешь, какие эти стулья грязные? — спросил ее отец. — Животные сидят на них и прислоняются к ним, а когда животные беспокоятся, они линяют, потеют… они ходят в туалет.

Других аргументов Эмили не понадобилось. Она поспешно, с чмоканьем, извлекла палец изо рта.

В эту минуту в приемную вышла медсестра ветеринара:

— Доктор готов принять вас.

Бетховен занял место на смотровом столе, сделанном из нержавеющей стали, и нервно огляделся по сторонам. Он чуял запахи сотен животных, побывавших в этой комнате до него, и он не был уверен, что ему нравится здесь. Уши его беспокойно подергивались. Где-то поблизости от смотровой располагались клетки, где содержались больные животные, которым требовалось стационарное лечение, и время от времени кто-нибудь из собак гавкал или скулил, просясь на свободу.

Для Бетховена кабинет ветеринара был весьма неприятным местом. У него просто мурашки по шкуре бегали.

Эмили, Тэду и Райс здесь тоже не нравилось.

— Папа, — сказала Эмили тоненьким жалобным голосом. — А ветеринар не сделает Бетховену больно?

Мистер Ньютон поспешил успокоить дочь.