Читаем Берлинская лазурь полностью

Они двинулись дальше и уже практически вошли в следующую комнату, но тут Лиза внезапно остановилась, не решаясь заглянуть за очередные плотные темные шторы.

– Э-э-э, давай зайдем сюда попозже, думаю, я пока не готова.

– А что там?

Катя бесцеремонно ухватила и откинула часть темного бархата, но тут же бросила ее обратно.

– Ой, пожалуй, да. Позже.

Там, под импровизированным балдахином, на полу, полностью устланном матрасами, в полумраке занимались любовью одновременно человек двадцать. Они будто бы слились в одно многорукое, многоногое существо с множеством выпуклостей и отверстий. От некоторых физических подробностей у Лизы натурально закружилась голова и подступил комок к горлу, хотя смотреть было вовсе не неприятно, скорее, это ощущалось, как подглядывание за чем-то сокровенным или даже сакральным. И, кажется, потихоньку начинала действовать конфета.

События той ночи Лиза при всем желании описать бы не смогла. Не то чтобы не помнила – не была уверена в реальности происходящего. Местами сон, а местами – сказка, которая таки стала былью. Был момент, когда ей показалось, что она видит знакомых, но если она еще могла поверить в присутствие Ви и Джо, то увидеть Томаса было довольно странно. Вряд ли он успел бы приехать сюда быстрее Кати, которая славилась своим умением практически телепортироваться на трассе. Но это еще ладно, может, Томас – бывший гонщик и тачка у него в разы мощнее, но когда она увидела человека, до безумия похожего на ее первую юношескую любовь, ныне, к сожалению, давно умершего, то окончательно списала все на зрительные галлюцинации. В какой-то момент Лиза упустила из вида подругу и, в попытках ее найти, забрела в доселе неизведанную часть замка. Там, в огромном, роскошно обставленном зале восседали, обмахиваясь веерами, люди в костюмах и гриме эпохи Людовика XIV. Одна дама повернулась к ней и, глядя в глаза, произнесла: «Главное – не останавливайся». Лиза так и не смогла понять, ни что та имела в виду, ни кто были эти люди: участники вечеринки или призраки. В конце концов столкнувшись с Катей, она пыталась вновь найти это место, но так и не смогла. Но, пожалуй, самое странное из увиденного за ночь – своеобразный сбой в матрице. Они сидели на пушистом розовом диване и болтали о чем-то, когда Лиза заметила, что картинка жизни, проходящей перед ними, повторяется явно не первый раз. Вот сейчас пройдет дама в голубом полупрозрачном платье, за ней два парня в черном и блестящем. Им навстречу выйдет невысокий полноватый мужчина в оранжевой тунике и боа, а за ним…

– А за ним чувак в соломенной ковбойской шляпе, да, я тоже это вижу, – ошеломленно сказала Катя. И эту реплику Лиза тоже слышала не впервые.

– Что это?..

– Обычный сбой в матрице.

– В смы-ы-ы-ысле-е-е?.. – голос Лизы дрожал неподдельным ужасом.

– Дежа вю. Считается сбоем в матрице. Ну, когда в созданной тобою реальности допускаются повторяющиеся элементы. Или оно на самом деле происходит именно так, просто заметно только в измененном состоянии сознания.

– Но почему ты это тоже видишь? И даже в не особо-то и измененном?

– А вот об этом, Лиза, я думать не хочу. Пойдем лучше выпьем.

Едва они дошли до бара и наполнили бокалы, к ним подбежала Марта и посоветовала скорее выходить на улицу, где с минуты на минуту произойдет ритуальное сожжение деревянного медведя. Они двинулись вслед за остальными во двор. Там уже играла музыка и несколько человек устраивали файер-шоу. Затем грянул фейерверк, и пара в длинных красных плащах поднесла к скульптуре два факела. Из пасти и лап медведя брызнуло яркое пламя, стоящая вокруг толпа засвистела и принялась танцевать, на ходу сбрасывая одежду. Постепенно танцующие вытянулись в цепочку и закружились по двору то ли в шаманском трансовом танце, то ли в ритуальной пляске африканских аборигенов. Лиза безоглядно бросилась в этот ритм и движение, чувствуя одновременно единение и с огнем, и с танцующими, и со всем окружающим миром.

Ее так захватили танец, огонь и музыка, что она не сразу обратила внимание на двух потрясающе красивых парней, танцующих рядом. Один – атлетичный блондин скандинавского типа, с лицом викинга, будто бы топором высеченным из камня, и другой – абсолютная противоположность – смуглый израильтянин или итальянец (кто его разберет в свете костра) с длинными черными кудрями до пояса, невысокий, худощавый и гибкий. Оба были так притягательны, что Лиза от вожделения едва удержалась на ногах. Они танцевали вокруг Лизы, делая вполне недвусмысленные намеки на то, как провести остаток ночи. Ее не пришлось просить дважды. Обняв их обоих и по очереди медленно и с чувством поцеловав, она запустила пальцы в их роскошные шевелюры. Они подхватили ее и, будто два ретивых коня, устремились в сторону замка. По дороге Лиза едва успела шепнуть Кате: скоро не жди. Но подруга лишь безучастно кивнула в ответ. Краем глаза Лиза заметила, что та с какой-то особой нежностью обнимает незнакомого парня, преданно глядя на него снизу вверх.