Читаем Белые против красных полностью

Для тех, кто давал деньги на активную борьбу с большевизмом, имена Деникина и Мельгунова являлись гарантией личной честности. "Интимная организация"имела, однако, более широкие задания, чем те, о которых сообщил Мельгунов. Факт, что и Мельгунов, и Деникин проявили себя неплохими конспираторами. Если Антон Иванович и делал по этому поводу заметки в своих личных бумагах, то он предусмотрительно их изъял и уничтожил. То же произошло с архивом С. П. Мельгунова. Тем не менее архив дает представление о весьма значительной деятельности, которая вдруг круто и внезапно оборвалась в 1930 году.

Нет сомнения, что оборвалась она потому, что советские агенты проникли во все организации русских эмигрантов. История с Кутеповым была тому болезненным примером,

"В 30-м году, разочаровавшись в эмигрантской политике, - писал Мельгунов мы с женой уехали в деревню и сделались фермерами".

То же произошло и с Антоном Ивановичем.

Осенью 1930 года Деникины переехали на ферму Мельгуновых недалеко от Шартра. Сергей Петрович Мельгунов любезно предложил Антону Ивановичу пользоваться своей обширной исторической библиотекой, генерала это устраивало. Но, как часто бывает, одна кухня оказалась слишком тесной для двух хозяек, да и характер Сергея Петровича, человека благородного и достойного, оказался весьма сварливым и тяжелым в домашней обстановке. Одним словом, весной 1931 года, когда Деникиным представилась возможность переехать в другое место, расставание вызвало вздох облегчения у обеих сторон, не затронув, однако, взаимного друг к другу уважения.

После похищения Кутепова люди, близкие к генералу Деникину, тревожились за его личную безопасность. Он слишком много знал:

его участие в "интимной организации"Мельгунова не могло быть тайной для большевиков, следивших за каждым шагом Кутепова, также посещавшего заседания мельгуновского комитета. Кроме того, само имя Деникина было ненавистно советской власти. Это сильно беспокоило Н. И. Астрова, и в ответ на его вопрос Антон Иванович

писал:

"Что касается безопасности... то она везде под сомнением. Бог не выдаст..."

И надежда на провидение на этот раз вполне оправдалась. Только случай уберег генерала Деникина, никогда не принимавшего мер предосторожности, от участи, постигшей Кутепова.

Преемник А. П. Кутепова генерал Евгений Карлович Миллер, в прошлом возглавлявший белое движение на Севере России, до своего вступления на новый пост занимал должность первого товарища председателя и казначея Общевоинского союза. Он был тактичным, мягким и осторожным человеком консервативных взглядов, хорошо образованным офицером Генерального штаба. Военная служба его прошла в административно-штабной работе. Для большинства членов РОВСа, участвовавших в гражданской войне на Юге России, он был совершенно чужим человеком. Они относились к нему скептически. Миллер принял наследие Кутепова против собственного желания, из чувства долга. Его ближайшей целью было сохранить организацию, не дать ей развалиться. Приходилось действовать очень осторожно.

Антон Иванович познакомился с генералом Миллером только в Париже, и отношения их ограничивались случайными фразами в официальных собраниях.

Одним из таких официальных сборищ было празднование в 1937 году двадцатилетия Корниловского полка. Решено было отметить это событие двумя богослужениями: всенощной и панихидой в субботу вечером 18 сентября в церкви галлиполийцев и молебном с выносом знамен после литургии в воскресенье утром 19-го в Александро-Невском соборе и Париже на рю Дарю. В эти дни назначено было также юбилейное собрание, посвященное знаменательной годовщине, и многолюдный банкет в обществе галлиполийцев, на который почетным гостем приглашен был генерал Деникин.

Лето 1937 года он провел в местечке Мимизан (департамент Ланды) вблизи Атлантического океана. Семья еще оставалась там, наслаждаясь теплой осенью на океанском побережье. Приехав в Париж на корниловские торжества, Антон Иванович собирался пробыть в городе всего лишь несколько дней, кстати привести в порядок свою квартиру после летнего отсутствия, а затем вернуться в Мимизан, чтобы перевезти жену и дочь на зимний сезон в город.