Читаем Белые против красных полностью

Заканчивая Второй кубанский поход и освобождение Северного Кавказа, он в самом начале 1919 года наметил переброску Кавказской армии на царицынское направление с одновременным наступлением на Астрахань.

"Но к началу февраля, - писал Антон Иванович, - когда явилась возможность начать переброску сил, обстановка в корне изменилась. Донская армия, совершенно расстроенная, под давлением превосходящих сил красных находилась в полном отступлении к Дону. Советские войска наступали почти безостановочно, направляясь на Новочеркасск.

Передо мной встала дилемма: бросить на произвол судьбы Дон и отдать большевикам Донецкий бассейн, направив армии на Царицын, или, прикрывши частью сил царицынское направление, отстоять Донецкий плацдарм и сохранить от разложения Донское войско. (Армии адмирала Колчака находились тогда восточное Уфы и были от Волги на расстоянии приблизительно в 700 километров).

Без колебаний я принял второе решение".

Тем временем генерал Врангель продолжал настаивать на своем плане действий, предлагал "пожертвовать каменноугольным районом", защиту которого он считал безнадежной, и перевести Кавказскую армию на царицынское направление. Его план, писал Деникин, "привел бы к потере не только каменноугольного бассейна, но и всей правобережной части Донской области с Ростовом и Новочеркасском и к гибели восставших казаков (30 тысяч) Верхне-Донского округа".

Ближайшее будущее показало, что план генерала Деникина имел больше оснований на успех.

В середине июня 1919 года письма и рапорты генерала Врангеля к Главнокомандующему приняли характер памфлетов, предназначенных для постороннего читателя. С их содержанием Врангель знакомил своих помощников и некоторых общественных деятелей, а через них они становились достоянием офицерской массы и обывателей. Письма и рапорты, составленные в резкой форме требований и критики того, что делалось Ставкой, попадая в руки постороннего читателя, подрывали в его глазах авторитет Главнокомандующего.

Как когда-то с генералом Дроздовским, Деникин и сейчас ставил боевые заслуги генерала Врангеля выше личных с ним отношений, раньше всегда бывших дружескими. "Тем не менее, - писал Деникин, - я терпел, помня заслуги генерала Врангеля, учитывая нервность, присущую ему, не желая лишить армию талантливого кавалерийского начальника и дать повод обвинить Ставку в лицеприятии".

С победоносным шествием деникинских войск на север прошлые разногласия по поводу Царицына были временно забыты. Но когда обстоятельства изменились, вопрос о Царицыне снова был выдвинут критиками Деникина как козырь против него. Антона Ивановича винили в том, что он в свое время не последовал совету Врангеля, упустил момент для соединения с войсками Колчака, что руководили им мотивы честолюбия ("упоенный успехами честолюбец"), властолюбия, желание первым под звон колоколов войти в Москву. Была брошена фраза: "Войска адмирала Колчака, предательски оставленные нами, были разбиты..."

В то время как на Юге России против Деникина выдвигалось обвинение в предательстве Колчака, в Сибири винили Колчака в предательстве Деникина. Подрывая авторитет адмирала, некоторые круги в Омске распространяли памфлеты, обвиняя Колчака в том, что он умышленно пренебрег необходимостью соединиться с Деникиным.

Только слепое раздражение или сознательное извращение правды могло позволить так грубо говорить об этих двух людях, повинных во многих ошибках, но никак не в отсутствии честности и благородства.

В конце ноября 1919 года Май-Маевский был уволен с должности командующего Добровольческой армией. По настоянию генерала Деникина, Врангель принял над ней командование, передав свою Кавказскую армию генералу Покровскому. Причиной, побудившей Деникина невзирая на прошлые трения выбрать на этот пост Врангеля, было желание использовать его кавалерийские способности, подчинив ему значительную численно казачью конницу Мамонтова. Врангель назначил Улагая начальником конной группы, что обидело Мамонтова, вызвало его демонстративный уход и способствовало окончательному разложению конных частей. Неоправдавшаяся надежда на конницу свела на нет военные расчеты Ставки, а связанные с ними перемещения в командном составе ускорили назревавший конфликт между Деникиным и Врангелем.

Из-за малочисленности Добровольческой армии генерал Врангель предложил свернуть ее в корпус, а для себя просил разрешения отправиться на Кубань, чтобы сформировать там конную армию. Оба предложения были одобрены Ставкой. Командующим Добровольческим корпусом назначили генерала Кутепова, а Врангелю поручили заняться конными формированиями на Кубани.

Тем временем отношения между Врангелем и Деникиным становились все более натянутыми.