Читаем Батый полностью

Сарай оставался столицей Орды до времён хана Узбека, когда выше по течению Ахтубы была построена новая столица — Сарай ал-Джедид, или Новый Сарай (в нынешней Волгоградской области). Но и после этого Старый Сарай играл важную роль в азиатско-европейской торговле, оставаясь одним из крупнейших транзитных пунктов на путях между Западом и Востоком³¹. Монументальные постройки Сарай-Бату частично сохранялись до 80-х годов XVI века, когда царь Фёдор Иванович приказал ломать «мизгити (мечети. — А. К.) и полаты в Золотой Орде» и «делати» из них русский город Астрахань.

К числу городов, возможно, основанных Батыем, относят также известные из восточных источников Укек (на территории нынешнего Саратова), Бельджамен (Бездеж русских летописей) в районе Волго-Донской переволоки, возможно Хаджи-Тархан, предшественник нынешней Астрахани, некоторые города Крыма и Северного Кавказа. А в так называемой «Казанской истории», русском сочинении XVI века, основанном на местных казанских преданиях (её автор 20 лет провёл в Казани в качестве пленника, принял ислам и находился в окружении казанского хана), говорится об основании «царём Саином», то есть Батыем, и самой Казани — точнее, так называемой Старой Казани, расположенной в нескольких десятках километров от нынешнего города, на реке Казанке. Правда, приведённая здесь легенда об основании города носит чисто фольклорный, даже сказочный характер: в ней рассказывается о некоем гигантском змее «о двух головах», пожиравшем «человеки и скоты и звери» и изведённом лишь волшебством; на месте его жилища (змеиного гнезда) и была основана Казань — «Саинов юрт». Легенда эта представляет исключительно литературный интерес и характеризует отнюдь не исторического Батыя, но тот образ мифического «царя Саина», который сложился столетия спустя среди покорённых им поволжских народов. К исторической Казани это предание не имеет ни малейшего отношения³².

Не все из основанных Батыем поселений превратились в города. Но сам факт их появления свидетельствует о том, что правитель Улуса Джучи придавал большое значение обустройству своих земель, организации правильного сообщения между отдельными частями государства. Так, на восточном берегу Дона он приказал устроить «посёлок русских, которые перевозят на лодках послов и купцов». Поселенцы имели «льготу от Бату, а именно: они не обязаны ни к чему, как только перевозить едущих туда и обратно», — сообщал Гильом Рубрук. Он рассказал и о том, как проходила переправа: «Они сперва перевезли нас, а потом повозки, помещая одно колесо на одной барке, а другое на другой; они переезжали, привязывая барки друг к другу и так гребя». Когда приставленный к Рубруку проводник потребовал себе лошадей, жители посёлка отказали ему, сославшись на упомянутую льготу Батыя. Такие посёлки территориально были привязаны к местам кочевий татар. «Выше этого места татары не поднимаются в северном направлении, так как в то время, около начала августа, они начинают возвращаться к югу, — сообщал Рубрук, — поэтому ниже есть другой посёлок, где послы переправляются в зимнее время». Такой же посёлок был устроен и на Волге — предположительно в районе нынешнего Саратова (его отождествляют с ордынским городом Укеком). Сюда перевели «вперемежку» русских и сарацин (вероятно, волжских болгар или половцев) и тоже обязали их перевозить послов — «как направляющихся ко двору Бату, так и возвращающихся оттуда». Ещё один посёлок на западном берегу Волги сын Батыя Сартак строил как раз в тот год, когда Рубрук возвращался из своего путешествия в Монголию; примечательно, что в этом поселении возводилась и «большая церковь» — вероятно, для переселённых сюда русских или аланов³³.