Алексей Карпов

Батый

Несколько слов в защиту автора

Признаюсь: не без содрогания решился я на то, чтобы издать эту книгу. Всё бы ничего, если бы не вторая буква в аббревиатуре знаменитой молодогвардейской серии. Поставить в ряд «замечательных людей» одного из самых свирепых завоевателей в истории европейского Средневековья, разорителя Руси, человека, залившего кровью едва ли не бóльшую часть Европы — от Урала, Волги и Камы до Адриатического моря? Возможно ли это? И не оскорбительно ли для нашей исторической памяти и патриотического чувства? Понимая, что упрёки такого рода, по всей вероятности, неизбежны, считаю нужным предварить дальнейшее повествование некоторыми пояснениями — не столько в защиту героя, сколько в защиту автора этой книги.

Прежде всего стоит, наверное, напомнить о том, что серия «Жизнь замечательных людей» отнюдь не является некой «доской почёта», куда имеют право быть допущены одни лишь «положительные» исторические персонажи. Хотя бы потому, что степень «положительности» того или иного исторического лица — вещь весьма субъективная и относительная, и попытка высчитать её (и, соответственно, определить право на то, чтобы занять место в ряду «положительных» и «замечательных» героев) изначально обречена на неудачу. Кто может скачать, например, насколько «замечательными» и достойными включения в этот ряд являются Иван Грозный или Наполеон, Пётр I или Александр Македонский, Карл XII или русский князь Святослав? Не говорю уже о Чингисхане и Тимуре (Тамерлане), типологически наиболее близких герою настоящей книги. Между тем представить без них серию «ЖЗЛ» едва ли возможно. Существует иной критерий включения исторических деятелей в ряд «замечательных людей» — их роль в истории, влияние на ход событий, происходивших в той или иной стране или в той или иной части света, их значимость наконец. Этот критерий кажется более объективным и более обоснованным — и вот ему-то все названные лица, включая Батыя, несомненно, отвечают.