Читаем Башня полностью

– Что, если лифт не поднимется еще раз? За вами? За всеми остальными?

– Надеемся, что поднимется. Но прежде всего должны оказаться в безопасности вы.

Они вместе подошли к дверям и остановились. В это время в зале кто-то закричал:

– Черт возьми, как вы это себе представляете?

Раздались новые возбужденные голоса и топот бегущих ног.

– Подождите здесь, – сказал губернатор и выбежал в зал.

Обстановка внезапно чудовищно изменилась. «Как муравьи на разоренном муравейнике», – подумал губернатор, видя, как все суетливо и бесцельно мечутся взад и вперед.

– Стойте, – закричал губернатор, – стойте!

Суета немного стихла. Лица повернулись к губернатору. Стало почти тихо.

– Что все это значит? – спросил губернатор. – Вы ведь все взрослые, сознательные люди. Что вдруг, черт возьми, стряслось, что вы так себя ведете?

Его голос отрезвил всех, как удар бича.

– Там внизу совершилось чудо, – продолжал он, – нам послали лифт. Если...

– В том-то все и дело, Бент, – ответил сенатор Петерс, чей пролетарский акцент был заметен больше, чем обычно. – Лифт был да сплыл. Он идет вниз и остановить его невозможно. И везет только одного пассажира. Угадайте, кого?

В зале было тихо и все глаза уставились на губернатора.

«Не нужно гадать, – подумал он, – я и так знаю».

А вслух сказал:

– Кого, Джек?

– Поля Норриса, – ответил сенатор, – кого же еще? Судью Поля Норриса.

Губернатор кивнул, медленно повернулся и пошел в канцелярию. Он прошел мимо Бет, как будто ее и не было, сел за стол, взял трубку и нажал кнопку громкой связи.

– Это Армитейдж. Лифт пошел вниз. В нем всего один пассажир. Я хочу, чтобы его задержали.

Голос Брауна ответил:

– Да, господин губернатор. – И потом недоверчиво спросил: – Только один пассажир?

– Я же сказал. – Губернатор помолчал. – Я хочу, чтобы вы доложили прокурору, что этот человек угнал лифт. Если у прокурора есть мозги в голове, то он должен обвинить его в покушении на убийство. – Потом добавил: – Возможно, трудно будет найти свидетелей. Это вы тоже ему объясните.

Браун ответил:

– Мы немедленно пошлем лифт обратно. Если получится.

Губернатор кивнул.

– Если у вас это получится – повторил он. – Понимаю.

Он снова помолчал:

– Вы сделали огромную работу, работу через невозможное. Хочу сказать вам, что мы это знаем, все, кто здесь.

Он задумчиво посмотрел на телефон:

– Как долго выдержит телефонная связь, мы можем только гадать. Я убежден, что здесь должен быть какой-нибудь транзисторный приемник. Они есть повсюду. Тогда вы сможете передавать нам информацию через городское радио. Мы оставим приемник включенным.

Он поднял глаза. На пороге стоял мэр. Он кивнул.

– Я поищу какой-нибудь транзистор, – сказал он и добавил: – Им удастся отправить лифт наверх еще раз?

– Мистер губернатор! – раздался голос Брауна в репродукторе.

– Да, я у телефона.

– Лифт пришел вниз, губернатор. Человек в нем. – Браун помолчал. – Он мертв, мистер губернатор. Страшные ожоги. – Голос его дрожал.

Потом раздался голос Ната Вильсона усталый, но уверенный:

– В ядре здания, очевидно, ужасно высокая температура. Как от паяльной лампы.

Мимо мэра прошел Бен Колдуэлл.

- А как насчет противогазов, Нат? Асбестовых костюмов? Наполнить кабину чем-то охлаждающим...

– Нет, – ответил Нат. – Это был единственный шанс, и мы его упустили. Кабина уже не поднимется. Она серьезно повреждена и сошла с направляющих, которые, видимо, деформировались. Попробуем с другим лифтом, но... – Он не договорил.

Колдуэлл глубоко вздохнул и присвистнул:

– Понимаю.

Снова раздался голос Вильсона:

– Мы все еще работаем внутри здания. Продвигаемся от одного пострадавшего этажа к другому. Простите, мистер губернатор, если бы, – голос вдруг умолк, – если бы эта чертова Башня не была так высока...

Наступила пауза.

– Теперь нам остается, – продолжал Браун, – только та безумная идея Вильсона.

Губернатор ничего не ответил.

– Оставайтесь с нами на связи, – сказал он, отодвинул стул и устало поднялся. – Пора говорить правду. – Он направился к дверям.

– Это необходимо, Бент? – окликнула его Бет.

– Моя милая, – ответил губернатор, – если я и научился чему-то на своем длинном жизненном пути, так это тому, что хуже всего люди ведут себя, если оставить их в неизвестности. Лицом к лицу с горькой правдой они могут реагировать неприятно, но если им совсем ничего не сказать, то начнут возникать разные слухи и паника не заставит себя долго ждать.

Губернатор, как и перед этим, встал на стул посреди зала, подождал, пока стихнут разговоры, и начал:

– Лифт спустился в вестибюль. – Он подождал. Раздался тихий сердитый ропот. – Человек, который был в нем, – продолжал губернатор, – оказался мертвым. В ядре здания, следовательно, невероятная жара. – Он снова сделал паузу.

На этот раз все молчали. Он уже овладел вниманием слушателей.

– Нам попытаются послать другой лифт. И, если им это удастся, в нем будет защитная одежда и изолирующие противогазы. – Он развел руками. – Если им удастся послать другой лифт. Но я в этом совсем не уверен.