Читаем Барвиха полностью

Думаю, я вполне развёрнуто описал общую обстановку. В дальнейшем это всё наполнится различными деталями, которые создадут моё видение царившей там атмосферы, я постараюсь с помощью слов приблизить эти детали так, что будут видны даже пиксели, то есть так, что их будет сложно даже узнать на фоне общей пикчи. Вот это я пафосно, конечно, загнул… Читается красиво, возвышенно… но ведь бред на самом деле. Да? Нет?

На самом деле, я думал, что первый день пройдёт хуже, и настраивался я на то, что мне весь день придётся ебашить, и лучше бы было так. Меня пугали тем, что бывает так много работы, что некогда поссать сходить и поесть, но всё было довольно спокойно. То есть со стороны спокойно, понятно, что внутри я всё равно испытывал сильное напряжение.

Как вообще всё началось. Мы загрузили одну машину, затем вторую. Одна ехала в ЦУМ. Водителя ЦУМа звали Саня, по-моему. Из их разговора с Серёгой, я понял, что Саня ходит в зал тягать железо, однако по внешнему виду этого не скажешь. У него висело пузо почти до колена, а сиськи были почти как у женщины или как у Руслана Гительмана. Говорил он о своём посещении зала очень уверенно и хвастливо, при этом добавлял, что пьёт протеин, от которого у него хуй стоит колом. Якобы невозможно заниматься, стоит увидеть какую-нибудь тёлку, которая качает жопу, возникает неловкий момент. Неловкий момент в виде выпирающего стручка из спортивных штанов. А жена у него, типо, в роддоме, рожает двойню, поэтому приходится дрочить. Так он и сказал, ага.

Саня постоянно был потный, в грязной серой футболке и, на самом деле, немного мерзкий. Некоторым мужчинам просто необходима рядом женщина, чтобы заменить им мать, иначе они совсем отбиваются от рук: жрут только лапшу быстрого приготовления, не могут найти свои носки, не стирают вещи и забывают помыться. Всё это может показаться полной фигнёй, и, конечно, есть мужчины, которые способны о себе позаботиться, но не стоит отрицать, что также есть и вот такие бытовые инвалиды.

Другая машина ехала в несколько площадок по очереди, зависимо от того, что находилось ближе к Барвихе. Сначала в Крокус, затем в ТДМ, потом в Славянку, затем в Якиманку, а потом уже в Арку. Соответственно, грузили мы всё в обратном порядке. Сначала Арку – в конец машины, затем ТДМ – в начало, а между ними мелочь: Крокус, Славянка, Якиманка. Водителя звали Миша. Миша был смуглым, очень суетным, тревожным и активным, ходил, не снимая кепки, потому что прятал за ней лысину (забавно, что и фамилия у него была Лысиков. Наверное, имеют место быть по этому поводу комплексы). Однако он был очень отзывчивым, какими зачастую и бывают тревожные люди. Он сразу познакомился со мной, стал показывать, что да как, рассказывать про работу и, что мне очень понравилось, не задавал много личных вопросов. Миша называл меня «Павлик». Даже не так, а громко, звонко, радостно, с затянутой буквой «в»: «ПАВВВЛИК! Я приехал. 60 мест привёз». Места – это пакеты. Впрочем, в Барвихе никто не лез в душу. На удивление, там работают воспитанные в этом плане люди. Ну, или просто всем было поебать. Безразличие в этом плане граничит с воспитанностью.

Когда мы загрузили Мишу, стали сортировать вчерашний товар по полкам. Миша не торопился уезжать, он увлечённо, раскачиваясь, как на пружинах, разговаривал с нами в это время, и, кажется, немного увлёкся, потому что ему надо было уже уезжать. Он пил растворимый кофе из своего личного покоричневевшего прозрачного стаканчика, который всегда носил с собой.

Миша мне, в общем, понравился. Неплохой мужик. Несмотря на то, что он плевался, когда говорил, и несмотря на то, что у него пахло из беззубого рта гнилью и крепкими сигаретами. Потом он вскрикнул своим голосом, в котором осел львиный от многолетнего стажа курения рык: «Ой. Сколько времени уже?! Всё! Я поехал! Удачи вам!» И убежал. Кирилл подогнал тележку и стал быстро закидывать туда товар. Серёга же вальяжно расположился за компом и включил сериал, я сел рядом на стуле и наблюдал за Кириллом. Потом обратился к Серёге:

– А мы будем работать?

– Ну, щас он уедет, – ответил Серёга немного раздражённо, показав движением головы на Кирилла.

– Что за сериал?

– Американская история ужасов.

Я услышал английскую речь и ахуел.

– Ты в оригинале, что ли, смотришь?

Серёга немного не понял моего вопроса и ответил что-то невнятное.

Я так удивился и немного расстроился, ведь я английский не знаю. Будет скучно смотреть с ним. Я стал думать, типо, какая же несправедливость вокруг. Человек смотрит сериал в оригинале, значит, знает язык, а работает при этом на складе. Ну как так? Может быть, у него и образование даже есть какое-нибудь лингвистическое, а он вынужден находиться тут из-за того, что не смог реализоваться в своей профессии из-за беспощадной конкуренции или из-за лени… Но потом закончилось вступление со сценами из прошлых серий, начался сам сериал, и я услышал русский язык. Блять)))) Неловко вышло. Видимо, решили не переводить вступление.