Читаем Барвиха полностью

Анфиса как-то ему ответила с намёком на то, что я распиздяй и нихуя не делаю весь день. Да, отношения у нас как-то не заладились. Зато Алёну я выручал всегда вовремя, и она меня очень сердечно благодарила. Я оказался между двух огней. Между Баккарой и Галереей Рояль. Между раем и адом. Между блондинкой и брюнеткой. И как бы мне ни была больше по душе, точнее по хую, Анфиса, симпатизировал я всё равно Алёне.

А под вечер вообще какой-то пиздец начался. Прям за 20 минут до конца рабочего дня. Я не мог найти какой-то товар, Анфиса даже спустилась на склад искать. Она так активно и агрессивно шагала. Её красивая и аккуратная попка даже перестала казаться такой привлекательной. В итоге один товар мы нашли, а другой нет, я стал звонить Костику. Оказалось, что он в зале. Время уже приближалось к десяти, а клиенты в зале всё ещё были. Причём та баба, которую я видел в Баккаре, она была с мужем. Анфиса суетилась с ними, обслуживала, обходила, любезничала. Я это заметил, когда поднялся к ней, чтобы спросить, могу ли я идти домой. Бутик работал до 23:00, но у меня-то рабочий день до 22:00. Анфиса меня отпустила, я собрался и поднялся к Алёне, передал ей карточку, попрощался и двинул на электричку.


[Переслано из Поцскриптам Киста]

Захожу вчера к своему коллеге на склад, К Юре из Мультибренда Женского, а он втирает какой-то бабе телегу, которую втирал несколько недель ранее мне. Звучало это не так уверенно, как когда он затаскивал это в мои уши. Всё-таки моему коллеге было немного непонятно, как эта девчонка отнесётся к такому приколу. Эти сомнения чувствовались в его интонации, в его мимике и в его взгляде. Я специально смотрел на него. Он говорил: «Это малоизвестный факт, но именно в Люберцах находился Эдемский сад. Именно там Ева повелась на обаяние змея искусителя и вкусила запретный Богом плод с Дерева познания Добра и Зла». Девушка усмехнулась, когда я подхватил эту тему, сказав, что слышал об этом факте. Я посчитал нужным помочь своему коллеге не выглядеть странно. Если бы я промолчал, то он бы точно попал бы в неловкое положение.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Наталья Владимировна Нестерова , Георгий Сергеевич Берёзко , Георгий Сергеевич Березко , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза
Отверженные
Отверженные

Великий французский писатель Виктор Гюго — один из самых ярких представителей прогрессивно-романтической литературы XIX века. Вот уже более ста лет во всем мире зачитываются его блестящими романами, со сцен театров не сходят его драмы. В данном томе представлен один из лучших романов Гюго — «Отверженные». Это громадная эпопея, представляющая целую энциклопедию французской жизни начала XIX века. Сюжет романа чрезвычайно увлекателен, судьбы его героев удивительно связаны между собой неожиданными и таинственными узами. Его основная идея — это путь от зла к добру, моральное совершенствование как средство преобразования жизни.Перевод под редакцией Анатолия Корнелиевича Виноградова (1931).

Виктор Гюго , Джордж Оливер Смит , Лаванда Риз , Оксана Сергеевна Головина , Марина Колесова , Вячеслав Александрович Егоров

Проза / Классическая проза / Классическая проза ХIX века / Историческая литература / Образование и наука