Читаем Балтийская гроза полностью

Более года назад, воюя в Северной Африке в армии генерал-фельдмаршала Эрвина Роммеля, он получил жесточайшие ранения, но сумел выкарабкаться и остаться в армии. Сравнительно недавно полковник Штауффенберг был назначен начальником штаба главнокомандующего запасной армией генерал-полковника Фромма и постоянно пребывал в Берлине, где локализовался штаб. В ставку фюрера Клаус Штауффенберг наведывался нечасто, лишь в тех случаях, когда требовалось доложить о состоянии дел в резервной армии. Сегодня был тот самый случай.

Рейхсканцлер Адольф Гитлер, едва взглянув на вошедших генералов, вновь продолжил изучение оперативной карты. Дождавшись, когда все займут места у стола, генерал-лейтенант Хойзингер продолжил доклад. Полковник Штауффенберг встал, задвинул свой портфель под стол и, сославшись на то, что ему нужно срочно позвонить, вышел из зала совещаний.

– Уже сейчас можно сказать, что попытка русских с ходу взять танковыми армиями Львов не удалась. Им придется обходить город с севера и юга, где их будут встречать наши части. Даже если они попытаются войти в город, то их встретит многочисленный и укрепленный гарнизон, усиленный «Пантерами» 8-й танковой…

Договорить генерал-лейтенант Хойзингер не успел – в зале неожиданно прогремел сильнейший взрыв. Взрывная волна опрокинула и переломила тяжелый дубовый стол; разметала по сторонам присутствующих; расколотила крышу зала совещаний. Послышались стоны раненых, кто-то громко захлебнулся в предсмертном хрипе. Гюнше и Йон фон Фрайенд, стоявшие у открытого окна, взрывной волной были выброшены через оконный проем на улицу. Просторное помещение наполнилось гарью и дымом; известь, поднявшаяся плотной завесой, забивалась в легкие, затрудняла дыхание.

Генерал-фельдмаршал Кейтель, стоявший едва ли не вплотную с Гитлером, увидел только вспышку, а потом все куда-то провалилось. На какое-то время он перестал существовать, а когда открыл глаза, увидел, что помещение наполнилось черным едким дымом. Он ничего не слышал, от боли раскалывалась голова, только осознавал, что получил серьезную контузию, но руки и ноги оставались целы. Прошло какое-то время, прежде чем Кейтель начал различать звуки, а потом пространство разом наполнилось стонами и криками. Через плотный горький дым просматривались тела, лежавшие на полу. Прямо перед собой он увидел раненого генерал-полковника авиации Гюнтера Кортена, судя по залитому кровью френчу, ранение у него было серьезным. Глухо постанывая, генерал некоторое время пребывал в сознании, а потом смежил веки и затих.

С другой стороны в метре от себя генерал-фельдмаршал увидел залитого кровью полковника Хайнца Брандта[98], пытавшегося выползти из огненного ада. Получалось скверно – его оторванная нога, державшаяся лишь на сухожилиях, препятствовала передвижению. Рядом с ним лежало бездыханное тело стенографиста Генриха Бергера, которого он узнал лишь по гражданской одежде (на совещании он был единственный гражданский).

Мозг пронзил ужас от происходящего. Случилось нечто страшное, чего невозможно было даже представить: в Верховной ставке главнокомандующего произошла диверсия! Есть погибшие, множество раненых. Возможно, что и фюрера уже нет в живых.

– Фюрер, вы где?! – истошно выкрикнул Кейтель и услышал слабый голос Гитлера, который, казалось, раздавался откуда-то из преисподней:

– Я здесь, Кейтель…

Повернувшись, Вильгельм Кейтель увидел лежащего на боку рейхсканцлера. Его отяжелевшее лицо было испачкано черной сажей, мундир разорван в клочья и усыпан мелом, голова обнажена, а волосы опалены и взлохмачены, разорванная фуражка валялась в нескольких метрах. Зрелище было ужасным.

Слегка пошатываясь, генерал-фельдмаршал подошел к Гитлеру и попытался его поднять:

– Мой фюрер, вы не ранены? Крови не вижу, вы целы… Давайте я вам помогу подняться.

– Кто вы?

– Мой фюрер, я – генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель.

– Я вас не узнал, вы скверно выглядите. – Опираясь на руки Кейтеля, рейхсканцлер поднялся. – Что это было? – хрипло выдавил он из себя.

– Очевидно, на вас было покушение, – ответил Кейтель. – Но, главное, вы живы!

Поддерживая друг друга, они вышли из зала совещаний, наполненного клубами дыма, и направились в сторону блиндажа Гитлера. В дверях столкнулись с личным адъютантом Гитлера, штурмбаннфюрером СС Отто Гюнше, выглядевшим крайне взволнованным. Подхватив Гитлера под руку с другой стороны, он громко воскликнул:

– Слава богу, мой фюрер, вы живы!

– Что это было? Что? – задыхаясь, спрашивал Гитлер. Почти лишенный голоса, он лишь хрипел, трудно было разобрать, что он говорит.

– Мой фюрер, мы сейчас отведем вас в блиндаж. Вам требуется отдых, – произнес Кейтель, продолжая поддерживать его.

Солнце зашло за белесые облака, и все обширное пространство под маскировочной сетью разом потемнело, стало сумрачным, будто сочувствуя происходящему.

Отто Гюнше и Вильгельм Кейтель отвели Гитлера в бункер. Уже в столовой блиндажа, расположившись в удобном кресле, Гитлер продолжал хрипеть:

– Что это было?.. Что?..