Читаем Bad idea полностью

Хард гулко сглатывает и обсматривает меня плотоядным взглядом, закусывая нижнюю губу.

– Ты выглядишь как девушка, которая я умудрился трахнуть в этой жутко неудобной юбке, – и моё липовое самообладание испаряется, когда Хард склоняется ко мне и сладко целует в шею, щекоча кончиками жестких волос подбородок и щеку. От наслаждения прикрываю глаза, что не остается без внимания кареглазого негодника.

При свете дня дом мистера Харда выглядит весьма дружелюбно и величаво. Особняк из белого камня смотрится роскошно и богато, как и полагается представительному и состоятельному человека. Окна нескольких спален выходят на дорогу. Одна из них – комната Харда, в которой я нашла его в ту ночь.

Вдоль подъездной дорожки высажены цветы в горшках. Зеленый газон ухожен и коротко пострижен. Это мой первый визит и официальное знакомство с его отцом, что меня немного волнует.

Хард паркуется около парадных дверей и чертыхается. Из машины выходит с перекошенным от недовольства лицом. Я уже жалею, что заставила брюнета поехать на ужин, мечтая забиться под коврик и переждать бурю.

– Идем! – сражаясь с накатившей злостью, Томас открывает дверь и пропускает меня вперед, подталкивая быстрее зайти в дом.

Вся на иголках и жутко переживая, переступаю порог дома, в котором уже было. Как оказалось, незаметно проникнуть ночью легче и проще, чем сделать всё правильно.

Хард демонстративно хлопает дверью и даже бровью не ведет, наслаждаясь моим замешательством.

– Том! – мистер Хард залетает в коридор с широкой улыбкой на лице и не обращая внимания на хмурое выражение лица сына, сгребает его в охапку крепких, отцовский объятий. Он облачен в белоснежную, отглаженную рубашку и черные брюки. Человек при положении должен всегда выглядеть достойно.

Томас отнекивается и противится как ребенок, но стойко и мужественно выносит объятья родного человека, до глубины приятные и нужные ему.

Я хихикаю как дурочка, нарываясь на испепеляющий взгляд своего негодника.

– Майя, рад тебя видеть, – Теодор кротко приобнимает меня за плечи и светится от счастья, бросая многозначительные взгляды на сына, и кивает, одобряя его выбор.

Томас весь пунцовый от неловкости момента сгорает от стыда и не знает куда деться. Авторитет главного подлеца и ловеласа окончательно раздавлен!

– Взаимно, мистер Хард, – улыбаюсь, а сама неосознанно ищу ладонь Томаса, чтобы вцепиться в него и не отпускать. Никогда.

– Здравствуй, Том… – словно прекрасное видение или призрак из прошлой его матери вырастает за спиной мистера Харда. – Майя, – тонкие линии губ растягиваются в любезной улыбке. Совершенство в женском обличии. Для сегодняшнего ужина Табита выбрала темно-алое платье, выгодно подчеркивающее её стройную талию и грудь. Туфли на шпильке придают ей стервозности и холодности. Роскошной копне мелких кудряшек позавидует любая девушка.

Томас бледнеет и срывается с места как дикий хищник, желая убить эту женщину. Но я крепко обнимаю его за руку и преграждаю путь. Стеклянным и помутненным от ярости взглядом Хард смотрит на женщину, что бросила его, поверх моей головы.

– Том… – кладу ладонь на щеку и заставляю его взглянуть на меня. Брюнет рвано дышит и хватается за мою талию словно я – его единственное спасение. Защищаю от злой и бессердечной тети.

– Молодец, ты снова облажался, папа! – вкладывает всю боль и презрение в одно предложение, пропитывая каждое слово ядом.

В глазах мистера Харда блестят горькие слёзы, но он угрюмо молчит, принимая всю накопившуюся боль сына. Понимает, что снова поступает неправильно. Действует за спиной Томаса, надеясь спасти давно потерянную семью.

– Мы вас ждем, – вместе с матерью Томаса мистер Хард скрываются в гостиной, давая нам немного времени. Но Том в таком состоянии, что мне потребуется вечность, чтобы успокоить его.

– Он ведь мне обещал! – брюнет обреченно шипит мне в губы, еще сильнее впиваясь в бока. От неприятной боли морщусь.

– Как он мог снова пригласить её? – Хард смотрит на меня открытым взглядом ребенка, искренне непонимающего поведение взрослого. Его отец поступает весьма рискованно и либо он отчаявшийся глупец, либо просто идиот!

– Надеется? – глажу Томаса по спине и целую в подбородок, стараясь хоть как-то скрасить ужасную ситуацию.

– Я делаю это только ради тебя, Майя, – выпускает меня из объятий и отходит на расстояние, чтобы собраться с духом. Раздышаться и научиться сражаться с яростью самостоятельно.

Когда я успела из девушки, которую Хард просто трахает превратиться в девушку, ради которой брюнет идет на такие жертвы?

– Значит защита курсовой прошла успешно? – мистер Хард аккуратно подбирает нейтральные темы для беседы за ужином, но тяжело непринужденно болтать, когда вокруг такое напряжение. Ножом можно резать.

– Более чем, – заправляю прядь волос за ухо и краснею, чувствуя пронизывающий взгляд карих омутов и горячее прикосновение ладони Томаса, что ползет вверх по ноге, задирая подол. Ну, отлично, хоть одна тема веселит этого засранца!

– Какие планы на Рождество, Майя? – Теодор улыбается, а в уголках глаз собираются мелкие морщинки.