Читаем Авария полностью

Она вдруг почувствовала себя зрителем весьма посредственной драмы. Могущественный, несметно богатый Петр, Аферист высшей марки, расчетливый, коварный, беспощадный. Но на этой глупости он свернет себе шею. Только в чем же тут глупость?

— Откровенный грабеж, — вслух произнесла Здена и возмущенно тряхнула головой. — И откуда у него такая дерзость?

Раскурив сигарету и затянувшись, Павел выдохнул голубой дым прямо в ветровое стекло.

— Я предполагал нечто подобное, — невозмутимо объявил он.

Его пророческая убежденность рассердила Здену. Никакого возмущения мошенничеством, лишь спокойная констатация факта.

— Телепатия или кибернетический расчет?

Павел дал газ и объехал лениво двигавшуюся неповоротливую цистерну с бензином. Приятный запах разреженных бензиновых паров на секунду распространился в салоне машины.

— Тут с первого взгляда ясно, что на этой колымаге кто-то хапнул минимум тысяч двадцать. Петр надбавил — двадцать шесть. Тем самым аннулируется договор об отоплении, да и договор о покупке машины тоже под большим вопросом. В Гражданском кодексе где-то есть параграф, гласящий, что, если покупатель умышленно введен в заблуждение, он имеет право возвратить недвижимость продавцу. Ты не намерена тут что-нибудь предпринять?

— Я передам все Камилу, но, по-моему, машину он все равно не возвратит. Конечно, нет.

— Это оскорбит его самолюбие… Поэтому он, наверное, позволит Петру оттяпать эти шестнадцать тысяч, — почти развеселясь, заметил Павел.

Здена промолчала, в словах Павла она почувствовала враждебность. Он желал зла Камилу.

— Мерзавец давно поджидал такого простофилю. — Павел развивал свою мысль дальше, не выпуская из виду шоссе. — Но тебе хорошо бы договориться с Камилом хотя бы о шестнадцати тысячах. Не забудь, ведь Петр, собственно, обокрал и тебя.

— Давай лучше прекратим этот разговор, а? — попросила Здена и не сумела скрыть своей досады. Необходимо было во всем разобраться самой, выбрав наиболее благоприятное решение в этой чертовски сложной ситуации, а Павел своими полуироническими замечаниями выводил ее из равновесия. Создавалось впечатление, что он потешается и над ней тоже.

— Ладно, не надо, так не надо. — Павел обиженно пожал плечами, прибавил скорость, уселся поудобнее в кресле и до Литвинова не проронил ни слова.

— Спасибо, — поблагодарила Здена, когда машина остановилась возле яслей, взглянула на часы и, увидев, что Павел выключил мотор, отрицательно покачала головой. — Ты меня не жди.

Устало вздохнув, Павел испытующе взглянул на нее.

— Теперь я тебя вообще отказываюсь понимать…

— Мне нужно домой. Дитунку пора выкупать и переодеть. А у меня еще ничего нет на ужин, — неубедительно толковала она.

Павел отвел взгляд.

— Вероятно, ты права. Я не настаиваю.

Разговор приобрел какой-то странный характер.

— Всего, Павел, — решительно пресекла его Здена, подождала, пока машина свернет у столовой на главную улицу, и только потом открыла дверь яслей.

И почему этот прекрасный день должен был закончиться такой досадной размолвкой? — размышляла она у раздевалки. Видимо, Павел все-таки не тот, за кого я его принимала. Кажется, я поторопилась. Вот так всегда. Поспешные стремления осуществить свои неясные порывы обычно оборачиваются разочарованием.

И настала пятница, последний трудовой день накануне длительного отдыха. Майские праздники сократили неделю до минимума, подумалось Здене; после обеда она пошла в административное здание. На доске объявлений и справок нашла фамилию человека, к которому ей посоветовала обратиться Дана, и с копиями трех договоров в сумочке постучалась в юридический отдел.

— Скажите, доктор Брабец здесь?

— Юридические консультации для служащих по вторникам и четвергам. Расписание на дверях, — сообщила ей секретарша, не переставая подпиливать ногти. — Но если вы по поводу развода, то обратитесь прямо в Мостецкий районный суд. Разводами мы не занимаемся, иначе пришлось бы заниматься только ими одними.

Скучающее выражение лица девушки, ее неприязненная подозрительность отбили у Здены охоту разговаривать. Даже не попрощавшись, она вышла. Может, подняться на шестой этаж к заместителю директора Цоуфалу и все ему рассказать? Он опытный и прозорливый человек и наверняка даст дельный совет. Поколебавшись, Здена отвергла эту идею. До вторника Камил вернется, а с ним я уж как-нибудь договорюсь, рассудила она. Это ведь наше личное дело.

В нетерпении расхаживая перед приемной, Дана комкала носовой платок и, едва завидев Здену, поспешно объявила:

— Тебя где-то носит, а там распределяют Обрнице!

Эта новость подействовала на Здену как допинг. У нас будет квартира! Коричнево-желтый пол коридора поплыл под ногами, будто началось землетрясение. Все планы перевоспитания Камила — к черту! У нас будет квартира, а значит, ситуация меняется кардинально. Систематически воздействуя на психику человека, можно перевоспитать и рецидивиста.

— Пожалуйста, свари мне кофе, — попросила она Дану, когда они оказались в приемной перед кабинетом врача, а сама набрала номер, большими цифрами написанный на обложке календаря.