Читаем Авария полностью

— А вдруг их здесь тоже учтут как-нибудь, — рассмеялся он и подхватил Здену под руку, словно отродясь принадлежал ей. — Я помню одно место, где прилично кормят.

— Откуда ты знаешь Усти?

— О, у меня темное прошлое. Тебе страшно?

— Уж ты не Петр ли Проуза, а?

— Сегодня обо всем узнаешь.

Смеясь и дурачась, они перебежали площадь. Стайка голубей, переполошившись, взвилась в небо, опутанное трамвайными проводами, а старик сборщик на платной стоянке с сумкой для денег через плечо мечтательно покрутил головой.

Чарующий день. Легкий и приятно беззаботный, отметила Здена, сидя в обтянутом штофными обоями кабинете ресторана «Сокол». На каждом столике стояла вазочка с гвоздикой, и официанты с достоинством, ловкостью и грацией двигались от клиента к клиенту. Белые их манишки, выглядывавшие из-под черных фраков, сияли, будто свежевыпавший снег.

После прекрасного обеда Павел заказал взбитые сливки Здене, маленькую кружку пива себе и обоим по чашечке крепкого черного кофе и сливки в горшочке.

— Я так привык, после Германии, — смущенно улыбаясь, объяснил он. — И хотя сам я больше люблю кофе по-венски, но согласись, что за вид у мужчины с горшочком сливок в руках?

Здену позабавил рассказ Павла о каникулярной практике, проведенной в дрезденской больнице; выпив вторую чашечку кофе, теперь — для сравнения — по-венски, она почти с сожалением встала, когда Павел, расплатившись, решительно поднялся.

— Половина четвертого, — твердо произнес он, как начальник штаба перед наступлением. — Пете Проузе пора бы уж вернуться с работы. Если он вообще где-нибудь служит после инкассации такой солидной пачки денег.

Рыбничную улицу долго искать не пришлось. Павел только дважды осведомился у словоохотливых прохожих, и через каких-нибудь четверть часа они остановились перед свежевыкрашенной дверью с броской табличкой: «Петр Проуза».

Павел позвонил. Пронзительно звонкий звук раскатился по старому дому, но за дверьми было тихо. Павел позвонил снова, дольше и настойчивее, но и на этот раз никто не отозвался.

— Ну, ничего не остается, придется подождать, — разочарованно вздохнул он и уселся на ступеньке. — Если Петя где-нибудь кутит, то мы прогулялись сюда напрасно.

Они закурили и стали ждать. В коридоре было прохладно. Сквозь незастекленное окошко над мезонином проникал свежий воздух и монотонный гул улицы.

— Не сдадимся? — немного погодя спросила Здена.

— Какой смысл?! — Павел встал и принялся расхаживать по коридору.

В дальнем углу его, в небольшой нише, был установлен, электросчетчик.

— Если у Проузы был «форд», отчего бы ему не владеть и холодильником? — заметил Павел, вынул из кармана ключи и попытался отпереть шкафчик, чтобы взглянуть на счетчик.

Внизу скрипнули двери, чьи-то шаги зашаркали по лестнице, и вскоре из-за поворота возникла фигура пожилой женщины со всеведающим лицом и с двумя сумками в руках. Подозрительным взглядом смерив Павла, ковырявшегося в замке, потом сидящую Здену, она поставила сумки и уперла руки в боки.

— Вам кого? — без обиняков спросила она.

— Пана Проузу, — ответил Павел, шагнув ей навстречу.

— Ах, Проузу? Так его, почитай, целую неделю тут нету. Он перебирается в Литомержице к какой-то разводке. У него там дом, а здесь он больше не живет.

— Ну, тогда делать нечего… — Павел развел руками.

— А что вам от него нужно? Он иногда сюда заглядывает, я могу передать.

— Он дал объявление о машине…

— А-а, машина? — мгновенно отозвалась она. — Знаете, столько народу у нас перебывало… Он все торговался, рассчитывал получить побольше, а потом все равно сдал в комиссионку. Да и то сказать, за стекло — три тысячи, за всякой ерундой мотайся в Прагу. Этот таксомотор влетел ему в копеечку. Да и потом, кто нынче купит этакий автобус…

— Спасибо, — Павел прервал ее рассуждения и потянул Здену за руку. — Вроде проясняется, — добавил он, уже сидя в машине, и повернул к автобазару.

Ворота, ведущие во двор, где стояли машины, были заперты. Словно назло, в четверг работали лишь до половины пятого. Огорчась, они заглянули через дощатый забор, но вдруг позади под чьими-то шагами захрустел гравий.

— Есть тут кто-нибудь? — окликнул Павел, с надеждой оглянувшись вокруг.

Немного погодя появился коренастый детина в новой спецовке и, не замечая приезжих, направился к боковой калитке.

— Будьте добры! — обратился к нему Павел.

— Закрыто! — ответил малый голосом громкоговорителя.

Пробежав вдоль забора, Павел остановился около парня, сражавшегося с огромным висячим замком.

— Нам очень нужно видеть список проданных машин. Мы прикатили сюда из самого Литвинова. Будьте добры…

Парень и ухом не повел. Громыхал ключом и на Павла не обращал ни малейшего внимания.

— Ну что вам стоит, — нахмурился Павел.

— Ничего не слышу, — как заведенный твердил малый.

Зло тряхнув головой, Павел осклабился и положил на перекладину синюю двадцатикроновую бумажку.

— Вот так уже лучше, — констатировал парень.