Читаем Атаман Платов полностью

Первым на рассвете 12 октября к городу подошли егерские полки. В Малоярославце находилось всего два французских батальона, занявших город накануне вечером. Генерал Дохтуров приказал выбить их. После решительной атаки егерей 38-го полка выполнили приказ. Но тут подошла французская дивизия, и командир генерал Дельзон повел ее на город. Тогда в дело вступили русские полки: 6-й и 19-й. Схватка приняла ожесточенный характер. Дельзон был убит, но город французы сумели занять. Туда для усиления немедленно вышла дивизия Брусье. Кутузов приказал бросить в сражение корпус Раевского. В полдень город от неприятеля освободили, но французы не смирились и ввели свежие силы.

В течение дня город переходил из рук в руки восемь раз и все же оставался за французами. Они потеряли пять тысяч убитыми, русские — три тысячи человек.

В течение всего сражения казачьи полки Платова находились на левом крыле боевого порядка, охватившего с юга город полукольцом. Перед ними была река Лужа, за которой на идущей из Боровска в Малоярославец дороге сосредоточились главные силы французов.

Решив нанести удар по неприятельскому тылу, Кутузов приказал Платову совершить ночное нападение. Соблюдая осторожность, полки переправились через реку и тремя параллельными колоннами двинулись к дороге. В это время по ней к Малоярославцу выдвинулась французская артиллерия.

Выскочив из лесу, казаки с гиком бросились на артиллеристов. Сделано это было столь внезапно, что французы не смогли произвести ни одного выстрела. Пятьдесят пушек оказались в руках казаков.

В суматохе и тумане никто не рассмотрел блестящую свиту, окружившую самого Наполеона. Тот как раз находился у дороги, прибыв для рекогносцировки.

— Ваше величество, казаки! — всполошилась свита. — Они нападут на вас! Надо уходить!

Наполеон обнажил шпагу, то же сделали и остальные.

— Император в опасности! — послышались крики, и конвой бросился на выручку. Подоспела гвардия.

Казаки отходили к реке, на противоположном берегу которой Платов установил двенадцать орудий. Это была своеобразная ловушка — вентерь, в которой казаки затягивали французов. Едва французы вырвались к реке, как по ним ударили картечью…

15 октября французские войска вышли на Смоленскую дорогу. «Скорость, с каковою идет неприятель, так велика, — доносил начальник штаба русской армии Ермолов, — что без изнурения людей догнать его невозможно».

Наполеон стремился как можно быстрей достигнуть Смоленска, где имелись запасы продовольствия и фуража, где можно было восполнить армию резервами. Чтобы задержать преследующих по пятам казаков Платова, он приказал начальнику арьергардного корпуса маршалу Даву сжигать и истреблять на пути все уцелевшие села и деревни.

Наиболее подвижной силой в русской армии были легкие казачьи полки. Двигаясь параллельными маршрутами, они настигали отступающие части врага, наносили внезапные фланговые удары, тормозили движение до подхода основных сил русских войск. «Бить врага без передыха, бить днем и ночью», — требовал Кутузов.

Первое крупное столкновение отряда Платова с французами произошло 19 октября у Колоцкого монастыря. Прикрывавший отход главных сил арьергард Даву заблаговременно занял выгодную позицию на дороге к монастырю, находившемуся в сорока верстах от Гжатска. Располагая значительными силами пехоты и артиллерии, авангард в течение ночи успел изготовиться. Огнем отбил казачью атаку.

Наблюдая бой, Платов оценил положение. У Даву более тридцати орудий, а у него только двенадцать. Артиллерийская перестрелка ни к чему, она лишь отнимет время, да и вряд ли принесет успех. Фронтальной атакой врага не одолеть.

Вызвав генералов Иловайского и Кутейникова — они командовали бригадами, — Платов приказал скрытно совершить обход неприятельских позиций и атаковать с фланга.

— Кайсаров же будет отвлекать с фронта.

Полки Иловайского и Кутейникова вихрем обрушились на фланг французов, смяли его и стали углубляться в расположение. В стане врага поднялся переполох, трубы заиграли тревогу, снимались с позиций орудия. Тогда Платов с остальными полками атаковал неприятеля с фронта.

Но враг не был сломлен. Отходя, он оказывал сопротивление, артиллерия подпускала казаков и открывала по ним почти в упор губительный огонь. И снова спешно отступала.

Колоцкий монастырь располагался на возвышенности. Построенный четыреста лет назад, он имел мощные кирпичные стены, служившие надежным укрытием от ядер и пуль. Здесь маршал Даву снова пытался занять позицию.

Но возглавлявший донскую артиллерию генерал Карпов открыл огонь по ближайшим подступам к монастырю, а полк Кайсарова стремительно ворвался в монастырь через ворота.

— Наконец-то явились освободители! — встретил казаков иеромонах. — Да вам бы немного раньше. Ведь Наполеон за сим столом сидел!

— Сам Наполеон? — не поверил Платов.

— Он самый. Мы только сели обедать, как набежали супостаты. А средь них и он. Вошел, как был, в шапке своей, пожелал доброго аппетита и уселся против меня за стол. Взял ложку и стал есть щи. Похлебал и ушел.