Читаем Атаман Платов полностью

— Что, братец, попугал я тебя? — улыбнулся Павел, обнажая большие крепкие зубы.

«Попугал?» Матвей Иванович вовремя сдержался, чтобы не сказать резкое. В равелине он едва не ослеп, не лишился жизни.

— Попугал, ваше величество, — ответил и выжал улыбку. — Так напугал, что чуть не отдал господу богу душу. Еще б немного и свершилось.

— О том, что случилось, забудь! Я ведь тебя, видит бог, крепко люблю. Забудь, что было! Это повелевает император российский. А в знак уважения подношу тебе презент.

Павел взял со стола сверкавшую бриллиантами табакерку и протянул ее Платову.

— Бери, Матвей Иванович. Бери, генерал, да не помни зла. — И тут же игриво погрозил пальцем. — На государя обиду таить опасно.

Матвей Иванович взял табакерку и, не выказывая восхищения, сунул ее в карман.

— Вижу, генерал, ты не очень доволен моему презенту. — Павел нахмурился.

— Что вы, что вы, мой государь! — спохватился Матвей Иванович. — Достоин ли я сей прелести!

— Если дарствую, стало быть, достоин. Так вот, генерал, — принимая официальный тон, продолжал Павел, — вызвал я тебя затем, чтобы выслушать в одном деле. Подойди сюда. — Павел порывисто направился к столу, на котором лежала распластанная карта. — Вот здесь, — ткнул он пальцем в бумагу, — указан путь в далекую Индию. Скажи, сумеешь ли провести туда казаков?

— Куда провести? После темницы я совсем ослеп.

Платов наклонился над столом, вглядываясь в карту с прочерченной пунктиром линией.

— В Индию, генерал! В Индию! Скажи честно, без утайки.

Тут опять на память Матвею Ивановичу пришло напутствие коменданта крепости. Да уж лучше в эту Индию, даже на край света, чем снова в камеру Алексеевского равелина!

— Как прикажете, государь! В Индию, так в Индию! Готов туда хоть сейчас.

— Значит, не ошибся я, братец, в тебе, — обнажая большие зубы, улыбнулся Павел, глядя снизу вверх на Платова. — Хочу проучить я англичан за их двуличие и хитрость. Пусть они попляшут, когда потрясут их богатство в Индии славные наши казачки.

В конце 1800 года в проводимой Павлом европейской политике произошел крутой поворот: недавний враг России Наполеон стал союзником, а Англия — врагом. Используя альянс, Наполеон решил с помощью русских войск нанести по Англии еще один удар: лишить британскую корону ее важнейшего бриллианта, Индии. Первыми в далекую Индию должны были добраться сухопутным путем русские казаки, а потом уже Наполеон поведет свою армию. Вначале доберется до Волги, оттуда на судах спустится к Астрахани, поплывет Каспийским морем к Персии и караванным путем доберется до цели. Захватив главнейшую колонию Англии, он заставит всесильного британского льва смирно лечь у его ног.

Наполеон вынудил Павла принять этот план. Когда решался вопрос, кто должен вести казаков, мнения сошлись на одном: Платов. Вот потому-то и последовало его срочное освобождение и вызов к императору.

— Так вот, генерал, — завершил разговор Павел. — Через три дня ты должен мчаться на Дон. Там подымай всех казаков. Всех, кто может сесть на коня: и старого и младого. Орлову же завтра будет направлена депеша, чтобы он оказал тебе всеми мерами поддержку и помощь. С Дона направляй казаков по мере готовности к Оренбургу. И сам туда направляйся в числе первых. Ну а потом получишь все указания чрез мои грамоты.

Матвей Иванович вышел из кабинета сам не свой. Еще днем он сидел в сырой и дымной темнице, теперь шел по сверкающему дворцу от самого императора. Поистине судьба всесильна, и неисповедимы ее повороты. В волнении свернул куда-то, заплутал, хотел выбраться назад и сбился с пути окончательно. Спасибо, повстречался слуга. Он помог добраться до выхода.

Лишь надев шинель, Матвей Иванович подумал: куда же теперь ему идти? Не в крепость же! Да и в кармане ни гроша.

— Послушай, служивый, — обратился он к стоявшему у дверей швейцару. — А где можно переспать?

Тот окинул его удивленным взглядом:

— Здесь, ваше превосходительство, спать негде. Ведь императорский дворец…

— Мне это известно. Я сам только от его величества, спрашиваю, где в городе можно переспать? — Человек смотрел по-прежнему не без удивления. — Я прискакал с Дона, в Петербурге квартиры нет, — пояснил Матвей Иванович.

— А-а… Теперь понял. — Швейцар улыбнулся. — В городе есть гостиница Демута, в ней нумера. Там и переспите.

— Ах, да! И еще… — Матвей Иванович огляделся и тоном заговорщика продолжил: — Уважь взаймы хотя бы целковый! Назавтра верну, крест святой!

Швейцар выпучил на генерала глаза. Такого он еще не встречал и не слышал, чтобы генерал просил у слуги денег.

— Да не бойся, служивый, не обману. А если что, знай, что Платов мое имя. Слыхал небось?

— Вы — Платов? Как же не слыхал, ваше превосходительство! О вас столько-то разговоров. Вот, пожалуйте, берите. Сейчас и провожатого дам.

Матвей Иванович сунул смятую бумажку в карман. Руки наткнулись на усыпанную бриллиантами табакерку. Цена этой вещицы была столь велика, что стоила, вероятно, гостиницы, в которой предстояло ночевать. Он вздохнул и подумал: «Из дворца да в гостиницу. Однако ж не в темницу…»

Через три дня он выехал в Черкасск.