Читаем Астероид страха полностью

Порывшись среди вещей, нашел старую рубашку. Разорвал ее на полосы и, соорудив импровизированные обмотки для ног, перевязал их. Затем вышел из корабля.

Изменение было просто замечательным. Недомогание прошло. Теперь я мог смотреть на странный пейзаж вокруг, оценивая его заново. Какие бы ужасы ни скрывались в этом местечке, была здесь и какая-то невероятная красота.

Пока я смотрел, зеленые сумерки скользнули по земле. Деревья были затенены опускающейся темнотой, и пар принимал новые и причудливые формы, заселяя лес туманными призрачными фигурами.

Я думал о том монстре из джунглей. Что это было — ходячий овощ? Какая биологическая аберрация породила столь странную форму жизни, которая напала на меня?

Я смотрел в сумрак и размышлял.

Было темно, когда мои друзья вернулись. Вокруг была голубоватая тьма, не зеленая. Глубокая и густая.

Я сидел на трапе.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Штурм.

— Хорошо, — я указал на повязки, которые намотал на ноги. — Это помогло.

— Может быть, тебе следовало использовать больше мази? — предположил Хэкер.

— Не беспокойся. Я в порядке.

Какая-то новая энергия переполняла меня.

— На что ты смотришь? — спросил меня Штурм.

— Гляди, — прошептал я, скосив взгляд.

Они повернулись. И взглянули на восходящие луны.

Да, луны. Две. Спутники астероида. Кривые ущербные луны.

Дурацкие луны кошмарного мира.

Они поднялись над горизонтом, на небольшом расстоянии друг от друга, как два глаза, расположенных на широком пространстве космоса. Зеленые глаза, которые злорадствовали над этим переплетенным, запутанным миром безумной жизни.

Конечно, я знал, как это звучит. Жалкие потуги на патетику. Но восход лун способствовал таким не очень-то оригинальным мыслям.

— Где вы были?

— Не очень далеко, — ответил Штурм. — Проклятые джунгли слишком густы, чтобы двигаться во тьме. Кроме того, эти твари…

— Забудь об этом, — быстро сказал я.

— Такое забыть невозможно, — возразил Хэкер. — Здесь что-то не так. Растения, выглядящие как животные… Почти антропоморфные.

— Почти какие?

— Антропоморфные. Человекоподобные.

— Ты… Нет, чушь.

— Я не спятил. Природа сошла с ума. Да! Я хочу изучить… Это что-то новое. В летописях биологических открытий вне Земли мне не попадалось ничего подобного. Я никогда не имел информации о подобной форме жизни. Почему-то химически все неправильно! Хлорофилл не реагирует — он подобен плазме крови!

— Почему бы вам не настроить лабораторное оборудование и не провести проверку? — спросил Штурм. — Может быть, занести что-нибудь в свои записные книжки. Мы уберемся отсюда утром — что бы там ни было.

— Правильно, — согласился Бенсон. — Интересно, как долго длится ночь в этих местах?

— Посмотрим. Надеюсь, что недолго. Честно говоря, это место вызывает у меня дрожь.

Редкостное признание — изреченное из уст такого человека, как капитан Штурм.

Мы все понимали, что и кэпу, мягко говоря, неуютно.

Хэкер начал бродить вокруг, исследуя невозможный растительный мир. Внезапно жуткий звук в мертвой зеленой пустоте потряс нас.

— Что дальше? — спросил Бенсон.

— Перекусим, — предложил Штурм.

Они принялись за ветчину и галеты. Готовить что-то горячее не было желания ни у кого.

— Как насчет тебя? — спросил капитан.

— Я не голоден, — ответил я. Это было правдой. Мне не хотелось есть.

— Ты взвинчен. Почему бы не лечь снова?

Я отшутился от этого предложения.

— Чувствую себя полным бодрости духа, Штурм. Давайте продолжим поиск, когда вы закончите ужинать.

— Иди с Бенсоном, — сказал пилот. — Я вздремну здесь, пока Хэкер работает.

Мы с Бенсоном ушли.

Наши фонари прореза́ли полосами белого сияния зеленоватые джунгли. То и дело приходилось пускать в ход ножи. Это было медленное, болезненное путешествие, которое мы совершали, находясь в логове кошмара.

Если б был хоть какой-то звук, какой-то признак жизни! Вокруг висела тишина, бесконечная тишина, такая же глубокая, как и сам этот лес.

Мы напрягали слух в надежде услышать хоть что-нибудь. Шуршание. Звучание, которое издают растения — ползучие растения, извивающиеся, бьющие и жалящие. Они скрывались и ждали. Затаились в зеленом лабиринте.

Бенсон трудился. Я не отставал. До тех пор, пока…

— Там! — Бенсон схватил меня за плечо. Я тоже увидел.

Сквозь искривленные стволы деревьев тусклый свет спутников упал на невероятное зрелище.

— Корабль! — ахнул я.

Действительно, он. Космический корабль с тупым носом, утопающий в вонючей слизи, из которой поднимались извивающиеся лозы, чтобы обнять его и потащить дальше вниз, в загнивающее болото.

Это был корабль, но какой корабль! Я не видел таких нигде, кроме как в музеях. На вид ему было семьдесят или восемьдесят лет — древняя модель с большим старым двигателем. Как такой бочонок смог приземлиться здесь своими силами, было непостижимо.

Мы подобрались ближе.

Бенсон открыл было рот, чтобы поприветствовать экипаж, но передумал. Усмехнулся в смущении. Кричать не было смысла. Очевидно, корабль давно покинут.

Мы поднялись по ветхой лестнице, ведущей в рубку. Дверь на перекошенных петлях была распахнута.

Вошли в тесное помещение.

— Давай взглянем на документы, — предложил Бенсон.