Читаем Асканио полностью

– Если вам угодно, ваше величество, я напишу императору и стану умолять, чтобы он позволил вам остаться великим другом искусства, ибо вы уже доказали ему, что вы великий полководец.

– Как, вы знаете Карла Пятого?– удивился король Наваррский.

– Да, сир, четыре года назад в Риме я имел честь преподнести требник своей работы его священному величеству; при этом я произнес несколько слов, которые император выслушал весьма милостиво.

– Что же вам сказал его священное величество?

– Что он знал меня еще три года назад – увидел на ризе папы пуговицу филигранной работы, делавшую честь моему мастерству.

– О да, я вижу, вы избалованы похвалами королей! – заметил Франциск I.

– Вы правы, ваше величество, мне посчастливилось – мои творения снискали похвалу кардиналов, великих герцогов, принцев и королей.

– Покажите же мне ваши прекрасные творения. И посмотрим, не окажусь ли я более требовательным судьей.

– Времени у меня было очень мало, сир. Однако вот ваза и серебряный таз, над которыми я сейчас работаю, но они, пожалуй, недостойны внимания вашего величества.

Минут пять король молча разглядывал произведения Челлини.

Казалось, дивные творения заставили его позабыть о творце.

Заметив, что его окружили дамы, подстрекаемые любопытством, Франциск I воскликнул:

– Посмотрите, сударыни, да это просто чудо!

Форма вазы так нова и так смела! Бог ты мой, как тонка, как искусна работа барельефа и рельефа! Особенно же восхищает меня красота этих линий: видите, как разнообразны и естественны позы людей! Взгляните-ка на эту девушку… Художник удивительно живо передал ее мимолетный жест.Так и кажется, девушка вот-вот взмахнет рукой. Право, даже в древности не создавали таких прекрасных вещей. Вспоминаю лучшие творения античных мастеров и выдающихся ваятелей Италии… Нет, ничто не производило на меня такого сильного впечатления! Ну, посмотрите же на эту прелестную малютку: дитя утопает в цветах, шевелит ножкой. Все так живо, изящно и прекрасно!

– Вы великий король, сир! – воскликнул Бенвенуто. – Другие осыпали меня похвалами, вы же меня понимаете!

– Покажите еще что-нибудь! – сказал король с каким-то жадным нетерпением.

– Вот медаль, изображающая Леду и лебедя. Я сделал ее для кардинала Габриэля Цезарини. Вот печать, на которой я выгравировал изображение святого Иоанна и святого Амвросия. Вот эмалированная рака…

– Неужели? Вы чеканите медали? – спросила госпожа д'Этамп.

– Как Кавадоне Миланский, сударыня.

– Вы покрываете золото эмалью? – воскликнула Маргарита.

– Как Америго Флорентийский.

– Вы гравируете печати? – осведомилась Екатерина.

– Как Лантизко Перузский. Уж не думаете ли вы, сударыня, что мне достает таланта лишь на изделие филигранных золотых безделушек и чеканку серебряных монет? Хвала создателю, я умею делать все понемногу. Я недурно знаю инженерное искусство,дважды помешал врагу захватить Рим.Пишу сносные сонеты. И вы, ваше величество, можете заказать мне оду. Я сочиню оду в вашу честь, право,не хуже самого Клемана Маро! Музыке отец обучал меня из-под палки. Эта метода пошла мне на пользу– я играю на флейте и на корнете так хорошо, что папа Климент Седьмой, когда мне было двадцать четыре года, взял меня в свой оркестр. Кроме того, я изобрел способ изготовления пороха, умею делать превосходные самопалы и хирургические инструменты .А ежели вы, ваше величество, поведете войну, то соблаговолите позвать меня.

Вот увидите, я пригожусь вам– я метко бью из аркебуза и умею наводить кулеврину¹.На охоте мне случалось за один день подстрелить двадцать пять павлинов. В артиллерийском бою я избавил императора от принца Оранского,а ваше величество – от коннетабля Бурбона². Как видите, предателям приходится со мной не сладко…

[¹Кулеврина– старинная пушка.]

[²Коннетабль– верховный начальник королевских войск в средневековой Франции. В данном случае имеется в виду коннетабль Шарль де Бурбон.Король Франциск I боялся его политического соперничества и попытался отнять у коннетабля часть его владений с помощью своей матери Луизы Савойской.

Тогда последний тайно сговорился с Карлом V,бежал к нему и начал воевать против своего отечества,снискав позорную славу предателя.] – Так чем же вы больше гордитесь, – прервал его молодой дофин, – что убили коннетабля или подстрелили двадцать пять павлинов?

– Я не горжусь ни тем, ни другим, монсеньор…

Ловкость, как и все другие таланты, дана нам господом богом, и я проявил ее, вот и все.

– А ведь я и не знал, что вы оказали мне такую услугу,– произнес король.– Значит, вы убили коннетабля Бурбона? Как же это произошло?