Читаем Архонт росский полностью

— Ты, может, не знаешь: у нас свободными женщинами не торгуют. Ты понял меня? Холопку купить можно, свободную — нельзя! Уразумел?

— Я хочу эту женщину! Я ее куплю!

Упорный, однако.

— Хотеть можно, — терпеливо, тщательно выговаривая слова, проговорил Клиб. — Хоти. Можешь хоть туда в переулок отойти, где никто не видит, и за уд себя подергать. А купить нет, нельзя.

— Я не понимаю тебя, рус. А ты не понимаешь меня! — заявил хузарин. — Я — Алп-Барик Езид! — Хузарин полез за пазуху и вынул кошель. Небольшой. Встряхнул. Зазвенело. — Послушай, рус! — предложил хузарин. — Здесь золото! Оно станет твоим, рус, если эта женщина пойдет со мной. Здесь немало. Хватит на хорошую кольчугу. Соглашайся, рус!

— А я думала, он и впрямь меня желает, этот козлобородый, — насмешливо проговорила Искора, обращаясь в мачехе. — А он за одетый в шелк лук из сандала и буйволиного рога горсть медяков предлагает. Как думаешь, он дурак? Или нищий?

— Вдвое от этого дам! — воскликнул хузарин восторженно. — Втрое! С собой нет столько. Привезут. Жди!

Развернулся, вскочил в седло, махом, не коснувшись стремени, и погнал, распугивая прохожих. Охрана — за ним. Слуга порысил следом, безнадежно отставая от конных.

Милош переглянулся с Клибом. «И что это сейчас было?» — читалось в глазах у обоих варягов.

— Что делать будешь? — спросил сосед.

— Ничего, — пожал плечами Милош. — Весть пришла: скоро сюда сам Вартислав придет. Пусть он и делает.

Белозеро — Ладога — Новгород — Полоцк — Смоленск — Любеч и дальше

Сергей отправился в Киев на месяц раньше Стемида и его сыновей. Ему и проще было: большую часть снаряжения его дружине приготовили в Новгороде и в Киеве.

Пошли на этот раз не Балтикой, а реками-озерами к Ладоге, к волоку между большим глубоководным озером и собственно Ладогой[1]. Земли эти считались кирьяльскими и с недавнего времени — дружественными и безопасными.

Но дружба дружбой, а лишний раз показать силу нелишне. Теперь у Сергея было целых три больших драккара. Помимо «Копья Славы» и спущенного на воду прошлой весной и опробованного в недальных походах «Крепкого», еще купленный у свеев при посредничестве тестя двадцатичетырехрумовый «Сиг», переименованный Сергеем в «Победу». Собственно, «сиг» — это и есть победа. И еще два кнорра, набитые под завязку всякими полезными товарами, часть из которых Сергей планировал продать по дороге. Вернее, обменять на меха и прочие дары Севера. То есть не только силу кирьялам продемонстрировать, но и выгоду.

Дружина Сергея к этой весне разрослась почти до трех сотен. Можно было и вдвое больше набрать, но Сергей стал разборчив. Мог себе позволить: среди северных варяжских вождей он считался самым удачливым. И не только среди варяжских. Нурманы тоже к нему просились. И Сергей брал. Вернее, брали их Дёрруд и Грейп, фильтровавшие кандидатов по собственному разумению. Сергей не возражал. Дёрруду с Грейпом ими и рулить. Контингент сложный, но в своих хольдах Сергей был уверен. «Победа», которую он отдал под командование Убийцы, была полностью укомплектована нурманским экипажем. На «Копье» и «Крепком» их была примерно четверть от общего состава, и это тоже нормально. Скандинавские хускарлы — моряки изрядные, а гребцы и вовсе замечательные. Лучше большинства варягов, если быть объективным.

Идти было нетрудно. Весна. Воды в реках-озерах под верхнюю планку. Некоторые сложности возникли только на волоке в Ладогу. Но именно что некоторые. Километровый волок прошли не сказать, что быстро, но кораблей не разгружая. Готовые колеи, воловьи упряжки… Знай катки успевай подкладывать. Ладога встретила волнением. Балла в три. Для рыбачьих лодок или речных насадов — серьезно. Для морских кораблей — пустяк. Главное, что ветер не встречный. До устья Волхова дошли без проблем. До ладожской крепости шли уже на веслах, взяв кнорры на буксир. В Ладоге задержались на день: пополнили запасы свежатиной, попировали с наместником Годимиром, посетовавшим: возраст и здоровье не позволяют присоединиться к Олегову воинству.

Сергей ему не поверил, но уличать не стал. Хочет наместник сиднем сидеть — пусть.

До Новгорода тоже шли на веслах. И задержались на целую седмицу: собирали караван в Киев. В основном — насады купеческие из тех новгородцев, кто решил воспользоваться оказией и дойти до Киева под защитой крепкой дружины. Многие, кстати, намеревались идти и дальше — уже в составе Олеговой флотилии, для чего большинство намеревалось на юге прикупить корабли, годные к морскому плаванию. К тем, кто строил подобные планы, относился знакомый представитель «гильдии пчелиных продуктов» Зловед Вощаник и, к некоторому удивлению Сергея, лично тысяцкий Неревского конца боярин новгородский Радила. Подготовился тысяцкий по-боярски: восемь торговых судов, годных для морского плавания, две неплохие лодьи с бойцами из вольных новгородцев, усиленных разноплеменными наемниками. Собственно, с таким составом Радила и сам мог бы спуститься к Киеву без малейшего риска. Но предпочел дождаться Сергея. То ли на таможенные скидки рассчитывал, то ли на полезную информацию.