Читаем Архиведьма полностью

— Не будет, — тихо прошептала я, смотря ему в глаза. Как же непривычно, что он был наяву передо мной, за столько лет я так привыкла, видеть отца только во сне. Или это очередной сон? Только на этот раз кошмар?! — Объясни мне, что ты тут делаешь? Ты же умер девять лет назад!

— Это долгий разговор, дочка. Мы с мамой все тебе объясним, обещаю. Мы очень хотели взять тебя сюда с собой, но нам запретили…

— Уходи, — тихо-тихо прошептала я. Они ушли и бросили меня на злобную тетку, которая в итоге выжила меня из родного дома, как они могли так поступить со своим ребенком?! Слезы градом катились по щекам. А теперь родной отец еще и продал меня!

— Мира, послушай, ты же большая девочка…

— Видеть вас больше не хочу! Ни-ког-да.

И я наконец-то провалилась в небытие, надеясь, что больше никогда не увижу этого предателя. То ли это из-за нервного потрясения, то ли дым все-таки сделал свое дело.

Наутро выспаться мне не дали. Мстительные подруги, припоминая вчерашние обиды, подняли меня ни свет, ни заря, чтобы снова начать истязать. На этот раз я даже не сопротивлялась. Безропотно позволила облачить себя в бальное платье, причесать и накрасить. Внутри вместо сердца был комок нервов. Вчерашние события я помнила слишком хорошо, и эта обида не давала мне покоя. С другой стороны, было ощущение, что во мне поселился кусочек другой души — твердой, уверенной, спокойной и доброй, и он будто бы утешал меня, придавал сил.

Вскоре пришел Император, все такой же блистательный, и повел меня в бальную залу. Проходя через гостиную под руку с Ликом, я случайно бросила взгляд в зеркало. В нем отразилась красивая пара. В небесно-голубом платье, с высокой прической, я выглядела рядом с ним достойной, хотя еще вчера мне это казалось нереальным. Но больше всего изменился мой взгляд, он стал более спокойным и, как ни странно, печальным.

Бал был прекрасен. Гости искренне и не очень поздравляли нас с совершением столь значимого шага, а за спиной обсуждали мою вчерашнюю выходку и поспешность принятого решения. Только Дарко с драконами, мои друзья, да еще пара виров от всей души пожелали нам счастья. После торжественной части были танцы. Зара с Рионом не отходили друг от друга ни на шаг, и что-то мне подсказывало, что тринадцать лет они ждать не станут. То, как они смотрели в глаза друг другу, сколько нежности и тепла было в этих взглядах, заставляло всех окружающих улыбаться, глядя на них.

Мираэль весь вечер строила глазки чернокрылому красавчику, красавчик дул губки и скалил клычки. Девушка, решительно ничего не понимая, все никак не оставляла своих попыток. Так вот что это за ведьма, которая так красиво выдала Дарко в глаз! Наблюдать за ними было очень забавно. Правда, Дарко — парень необидчивый, поэтому вскоре они уже, мило щебеча, удалились в парк на ночной моцион. Ага, знаем мы такие прогулки!

Лик был занят разговором с какими-то вирами, Учитель о чем-то спорил с парой магов, Воладир заигрывал с молоденькой девушкой, Зара с Рионом танцевали, а я стояла одна возле окна. Всем было не до меня, даже Кира, и тот пару дней назад улетел в сторону гор на пастбища, потребовав заслуженный отпуск с полным пансионом. Тихо вздохнув, я прошла через весь зал и вышла на балкон. Прохладный ночной воздух тут же окутал меня, забираясь под одежду и заставляя поежиться. Я подошла к широким перилам и, скинув туфли, уселась на них, свесив ноги вниз.

Не пристало будущей Императрице вот так сидеть, когда ее могут увидеть подданные, подумалось мне. Да, и черт с ними! Им до меня дела нет, так почему меня должно волновать их мнение?! Я тяжко вздохнула, скоро будет волновать, когда стану Императрицей. Еще каких-то там пять лет, и меня посадят в эту клетку. Я бросила взгляд, на позолоченный огнями город внизу — красиво. Пусть золотая, но это все же клетка.

Это просто какой-то злой рок, я все время вырываюсь из одних оков, чтобы мигом угодить в другие, более крепкие. Радует в этой ситуации только одно — я больше не принадлежу Серину, как рабыня. Уж не знаю, как так получилось, но сейчас нас связывает только слабая эмпатическая связь, образовавшаяся во время помолвки. Запоздало вспомнив про нее, я постаралась блокировать эмоции, но опоздала.

— Грустишь? — раздался над ухом тихий баритон, и теплые руки легли на плечи.

Я инстинктивно прижалась спиной к теплой груди Серина.

— Есть немного.

— Это твой праздник. Почему же ты здесь, а не веселишься с гостями?

— Моим друзьям сейчас не до меня, — тихо сказала я. — И я очень за них рада.