Читаем Арканум. Том 1 полностью

Авитус не отрывался от исследования, аккуратно раскладывая книги в стопку, но внимательно вслушивался в том, что говорила Лиссандра, стараясь не пропускать мимо ушей. В процессе он обнаружил книгу в синем кожаном переплете, вероятно, из натуральной, снятой с фол-саугерша. На лицевой стороне был вырезан символ меча, пронзающего сердце тьмы, с навершием в виде полумесяца и крылатой ангельской гардой. Авитус раскрыл фолиант, обратив внимание на оформленное оглавление. Оно выглядело, как список имен. Около десяти, не меньше. Среди них было имя и самого ученого: Фендельс Гендольсон. Возможно, это было автобиографией или неким сборником воспоминаний. Авитус просмотрел глазами всех остальных перечисленных: Майкл Краулер, Эрика Брауэндальф, Мюллер Кларц, Генрих Старвей, Ганс Вельгинсон, Джордж Фредлигсон.

– Ты только глянь, я нашла об оборотнях, тут и о таких, как я расписано! Но не много, да и половина – чушь несусветная. Мы не едим новорожденных… Наверно. – развеселилась Лиссандра.

Авитус захлопнул книгу, которую читал, и положил ее в свою сумку. Он подошел к Лиссандре и взял рукопись из ее рук:

– Тут на лунарском, я постараюсь перевести все, что смогу.

Авитус провел глазами по каждой строчке, стараясь перевести общий смысл предложений, не потеряв сути. Он отыскал главу про вервольфов:

«Вервольфы – кровожадные существа, обреченные на проклятую жизнь. Чаще всего это происходит не по их воле, ибо ни один здравомыслящий не согласился бы на жизнь изгнанника с постоянным чувством голода. Вервольфы представляют собой подобных волкам людей, значительно превышают средний человеческий рост. Шерстяной покров распространяется по всей поверхности тела, кости укрепляются, ногти преобразуются в острые когти. С зубами так же происходят изменения, вследствие которых они удлиняются и заостряются на концах. Существует четыре основных подвида вервольфов: ликаны, волколаки, волхоеды и кровотропы.

Ликаны – самые примитивные оборотни, не отличаются особо крупными размерами и походят на обычного волка, но сильнее и прожорливее их. Размеры варьируются от шестидесяти дюймов до семидесяти. Передвигаются на четвереньках, имеют различный окрас, подобный волчьему. Носители недуга хуже остальных вервольфов способны контролировать внутреннего зверя, каждое их превращение грозиться стать последним (многие так и оставались существовать в образе зверя всю оставшуюся жизнь, потеряв всякий рассудок), но ликанами становятся лишь по наследству, врожденно. Говорят, что первый ликан был проклят волчьей богиней Наарой Мудрой за свое предательство и теперь все его потомки обречены скитаться в образе диких животных по всему миру.

Волколаки уже больше походят на истинных монстров, встречаются чаще остальных вервольфов. Они превышают человеческий рост на две головы и даже дорастают до девяноста дюймов. Этот подвид передвигается на задних конечностях, используя передние, как отталкивающий механизм, в итоге, их походка выглядит несуразно, отдаленно напоминает передвижение обезьян. Их тело не особо массивное и схоже с человеческим по пропорциям, а голова по форме слегка вытянута у верхней и нижней челюсти и немного приплюснута. Эти особи более сообразительны, чем ликаны (но не более агрессивны). Они редко остаются в здравом уме при длительном сосуществовании с болезнью. Пути заражения до конца мной не изучены, но также передается по наследству, и при употреблении крови носителя, но обычно выпившие сразу погибали (судя по моим экспериментам).

Следующий тип – волхоеды. Второй по редкости вид оборотней. Рост крупный, в среднем составляет сто дюймов. Волхоеды имеют широкоплечее тело, массивные руки и ноги. Форма черепа явно не человеческого типа, собачий нос, сильно заостренные зубы, которые так же увеличены в размере, вытянутые кверху уши, располагающиеся у височной кости и широко расставленные глаза, наливного красного цвета. Обильной длинной шерстью покрыта шея и подбородок. Занимательно, что этот подвид обречен на наибольшие мучения. Их безумная натура не превращает носителя в зверя. Зверь сам вытесняет человека из его собственного разума. Я полагаю, что волхоеды вполне разумны, ведь являются полноценной личностью, независимой, но запертой в теле человека. Крайне смертоносны, запросто могут растерзать с десяток подготовленных солдат, но очень ранимы к магии, особенно к светлой. Магическое лечение оказывает на них боль, сравнимую с живым сожжением на костре, я проводил исследования на множестве подопытных, зараженных ликантропией и волхоеды заглушали своим криком мой вечно грохочущий паровой преобразователь».

Авитус нахмурился, перевернул страницу и судорожно забегал глазами.

– Что там такое? – спросила Лиссандра.

– Страница вырвана. Тут не хватает одной. Ни слова про кровотропов.

– Зачем кому-то выдирать ее? Это странно.

– На ней было нечто, чему не следовало бросаться на глаза кому попало. – предположил Авитус. – Может, из-за этого тут такой разгром. Тот, кто его устроил, что-то искал, заодно и решил избавиться от… информации?