Так состоялось знакомство Кости Збигнева со знаменитой Нелей по кличке «Лихорадка». И она-таки пристрастила его к игре в казино, она даже опекала его на первых порах и выручала в случае проигрыша, у нее была солидная крыша, был известный авторитет-покровитель, и она, конечно же, поставляла кое-какую информацию хозяевам казино. И как ни странно, ее пристрастием был мужской стриптиз, она посещала все подобные заведения в Москве, но не столько ради самого мужского раздевания, сколько ради спектакля и знакомства с солидными дамами, озабоченными проблемами секса. Именно здесь она и клеила их, именно отсюда и начиналось плетение липких нитей паутины, в которую попадались жирные, богатые, развратные мухи. Неля знала все их слабости, выведывала тайны о их мужьях, живших обособленной от жен сексуальной жизнью. Она была частой гостьей в доме Аллочки Пугачевой, пила на брудершафт с Филиппом Киркоровым, который в обыденной жизни, по ее словам, был сущий пентюх, книг не читал вовсе и господина Путина по-прежнему считал премьер-министром.

— Зачем вам этот книжный лоток, — сказала она однажды Косте, — хотите, я сделаю вас любовником одной богатой тридцатипятилетней банкирши? Вы начитанны, и от вас женщина не будет уставать в паузах после любви Самый ответственный момент — не секс, нет, а именно паузы между сексом и последующее адажио. Порой богатые стареющие дуры все отдадут за простое мужское понимание их проблем. Вокруг столько богатого хамья, молодых скотов, а джентльменов в России никогда не было. Знаете, мой друг, ведь джентльмен — это, по сути дела, тоже своего рода профессия, это дипломаты повседневности… Друг дома — это образ, воспетый Бальзаком. Друг дома в семье богатых русских — это никем не занятое сегодня амплуа. И вовсе не обязательно прыгать тотчас в постель к богатой дуре, надо уметь ее насмешить, уметь украсить ее досуг, уметь заарканить ее душу, а отдав вам душу, женщина отдаст все. И что уж говорить о теле. Тело, оно как бы идет в качестве мясного довеска. Тело — это ведь такая малость, это лишь покрытое платиной обрамление бриллианта. И поверьте мне, надо многое сделать со своим телом женщине, чтобы оно перестало быть для нее обузой и не тяготило в делах, а стало инструментом наслаждения. Лично я отношусь к своему телу как к инструменту, а вот для Аллочки Пугачевой ее тело — это алтарь, на который она приносит в жертву все: и верность Филипку, с которым не спит уже три года, и деньги, и душевные силы, и сотни мазей и примочек. По сути, это уже не Алла, а набальзамированная мумия, так густо она пропитана всякими химизмами, въевшимися в ее поры, в ее клетки, в ее протоплазму, в ее хромосомы… Алла уже почти космическое существо. По химизму она приблизилась к составу тела Владимира Ульянова в Мавзолее. Чего только женщина не отдаст ради того, чтобы сохранить обломки, осколки былой красоты!.. Вы не поверите, но она каждое утро натирается спермой кавказских горных архаров. Эта сперма стоит дороже, чем наркотики, дороже, чем героин. Эффект и впрямь чудодейственный. Ведь архары живут там, высоко в горах, по двести, триста лет. Говорят, они едят какие-то только им одним ведомые травы и могут совершить в день до сорока половых актов…

— А вы, вы сами кого-то любите? — спросил Костя.

— Увы, нет, — призналась честно Неля. — Для меня это слишком большая роскошь. Невозможно быть влюбленной и не совершать глупостей, не стать рабой страсти, а я сегодня не хочу ни малейшего рабства. И поэтому я стала активной лесбиянкой. Мне нужен мужчина пять-шесть раз в месяц, не чаще. Да и вообще я могу свободно обходиться без мужчин. Они примитивнее женщин, в них меньше игры, меньше объемности, они плосковаты и, как правило, зациклены на деньгах. А деньги — это тупик. Вы не поверите, но в игре на зеленом поле они охотнее идут к тому, кто их презирает и не ценит, нежели к тем, кто их боготворит. И вот такой же я была в своей любви. А теперь устала от этих Любовей. Они мельчили бы мою жизнь. Я ведь во всем игрок…

20