Читаем Арбат полностью

Так и не сумевшие солидаризироваться лоточники-москвичи невольно попали в заложники к двум расторопным, смекалистым крестьянам, махом покорившим сердце Москвы — Арбат. Нет-нет, вы даже не представляете, господа читатели, что значит быть хозяином трех-четырех подвалов на Арбате, быть их генеральным арендатором: к вам на поклон идут не только бомжи, не только арбатские проститутки, скупщики и перепродавцы ворованных вещей, наркоманы, искатели камеры хранения на одну ночь чего угодно, но главное, без досмотра, — с вами заводит дружбу криминал, без наезда, потому что истинные дела делаются только полюбовно. Настоящие бандиты, а не нахрапщики-отморозки, прежде всего вежливы и умеют находить контакт с людьми… Вскоре Паша и Миша обрели на Арбате вес, у них было прикрытие на случай случайных конфликтов, а главное — они знали подноготную всех лоточников, выведывали их коммерческие тайны, у кого и кто был поставщиком товара, по какой его завозили цене, какая была дневная выручка, кто и как доставал разрешения на торговлю в управе «Арбат» или, минуя ее, в самой префектуре, у зама по торговле госпожи Коржневой, продлевавшей разрешение сразу на два месяца. Таких называли «коржневцами», они пользовались особым уважением, за ними стояли люди с высоким удельным весом. Лариса Алексеевна Коржнева была очаровательная женщина, пережила двух префектов и монументально вросла в свое кресло. Но не о ней сейчас речь, что ей до этого подвального мирка, до маленьких арбатских тайн «выживальщиков», как называли себя обитатели подвалов, расположенных под трассой, по которой раза два в день проносился в сопровождении лимузинов президент, который тоже ничего не знал об этом мирке, обиталище крыс и мокриц, где царили — уже уровнем ниже — крестьянские дети Паша и Миша, от которых в немалой степени, а может, и в большой, как знать, зависела жизнь президента. Ведь в коробках, в ящиках, в мешках, в пакетах, в баулах, в туесках могло храниться все, что угодно… От потолка подвала до шин лимузина было расстояние всего в метр… Подвалы Арбата патронировала кавказская братия, о тайнах подвалов не знали ни в ФСО, ни в ФСБ и уж тем более не ведали ни сном ни духом в МВД. Да что МВД, что значили все сыщики Москвы против маленького начальника подсобок Мамуки, застроившего выход во двор из дома-музея номер пять по Никитскому бульвару. Против него были бессильны все инспектора управы «Арбат», все начальники ГРЭПов, ДЭЗов, даже сам замглавы управы Георгий Левонович Бульбулян не рисковал заходить во двор, где располагалась «Грузинская кухня», потому что его тотчас осаждали жалобами, петициями жильцы дома, а особо обитатели подъезда номер два, лишенные возможности выносить к мусорным бакам, красовавшимся гирляндой вдоль Мерзляковского переулка, ведра с бытовыми отходами… Сорок шесть жалоб лежало в бульбуляновском столе с автографами жильцов дома номер пять. Но разве поднимется рука истинного сына Кавказа против других сыновей Кавказа, даже если они ресторанщики, сибариты, а не джигиты?

— Пусть выносят ведра с мусором через второй этаж по коридорам, — обронил как-то в приступе малодушия Бульбулян.