Андроник, который в действительности был властителем всей Византийской империи, продолжал маскироваться. Он устроил повторную коронацию Алексея II. В присутствии тысяч зрителей он на руках вынес его к алтарю в Св. Софии, так что присутствующие поражались его отцовской доброте к юноше.

Инсценированная коронация не помешала, однако, Андронику устранять очень близких Алексею людей. Он обвинил василиссу Марию (впрочем, как мы еще увидим, не без оснований) в заговоре против византийского государства и общества, в который она вошла со своим деверем, королем Венгрии[443]. На этом основании он угрожал даже устраниться от управления государством. Мария предстала перед судом. Желания Андроника и подстреканий толпы оказалось достаточно для того, чтобы развеять сомнения судей вилы[444]. Василисса была заперта в тесной келье монастыря св. Диомеда, где, мучимая голодом, она ожидала самого худшего. Суд приговорил ее к смерти за государственную измену. Приговор был объявлен имеющим законную силу собственноручной подписью Алексея II[445]. Спустя несколько дней Мария была задушена в присутствии Константина Трипсиха, коменданта личной гвардии Андроника. Труп утопили в море[446]. Висевший на открытом месте портрет василиссы был перемалеван; из красивейшей женщины сделали согбенную от возраста старуху[447]. Подручный палача Марии пострадал позднее по какой-то другой причине[448].

В начале сентября 1183 года[449] Андроник решил стать соправителем Византийской империи. Льстецы при дворе услужливо убеждали его в том, что внутренние беспорядки в Империи закончатся не раньше, чем он будет избран соправителем вместе с Алексеем II. Для полного обуздания внутренних врагов государства, добавляли они, необходимы сильная рука и опыт зрелого мужчины.

В Михайловском дворце Андроник был провозглашен соправителем[450]. Толпа на городских улицах выражала свои симпатии к Андронику.

Мнение чрезмерно политизированного народа было обработано благодаря завербованным при дворе Андроника клакерам. Когда Алексей II вступил в здание Полатина, он уже застал там людскую толпу, которая выкрикивала приветствия в честь обоих императоров. Он сам пригласил Андроника быть соправителем[451]. Андроник и дальше продолжал разыгрывать свою роль: когда он якобы не решался занять место рядом с Алексеем, он был насильно усажен на трон и облачен в императорское одеяние. На следующий день оба были провозглашены императорами в Св. Софии, но в обратном порядке. Сначала было названо имя Андроника и только потом — Алексея. Еще до проведения торжеств по поводу коронации Андроник принес присягу на верность Алексею и всему византийскому государству[452].

Через несколько дней Андроник созвал заседание преданного ему Совета. Его участники начали хором скандировать известный стих Гомера: «Многовластие нехорошо, пусть правит один император»[453]. После этого отречение Алексея II от престола стало делом решенным[454]. Присяга в верности, многократно приносимая Мануилу и его сыну, оказалась забытой. Еще до того, как известие об отречении Алексея распространилось по городу, Константин Трипсих и Феодор Дадибрин задушили четырнадцатилетнего Алексея в его постели с помощью тетивы[455]. Труп перенесли во дворец Влахерн. Андроник пнул тело Алексея ногой, «проклиная при этом его вероломного отца и распутную мать»[456]. Через ухо покойного был продернут шнур и наложена пломба, которую Андроник скрепил собственной печатью. Тело Алексея, уложенное в свинцовый гроб, Иоанн Каматир и Феодор Хумн перенесли в лодку и опустили в морские волны[457]. Отрезанную голову выбросили где-то в Катабате. Однако Андроник приказал прежде показать голову ему. Таким образом, стало исполняться «старинное пророчество»: династия Комнинов пойдет ко дну, когда первые буквы имен императоров составят слово AIMA — кровь[458].

В середине сентября 1183 года Андроник стал фактическим и формальным единовластным правителем Византийской империи. Начался второй, двухлетний период правления «в пурпуре и короне»[459].

Глава VII

Андроник на троне