Две комнаты. Первая – проходная, с зеленой дорожкой и высоченным массивным шифоньером, на который было здорово забираться и следить за происходящим с высоты, то и дело стукаясь макушкой о потолок и вымазывая волосы известкой. Иногда родителям приходилось оставлять маленького сына одного на несколько часов: в пургу садики закрывались, пропускать работу не всегда получалось, вот и прибегали к крайним мерам. Улыбка хоть и не любил коротать время в одиночестве, но с неизбежным смирялся быстро. Страшных монстров в доме не водилось – это малыш уяснил еще года в три. Но вот крысы – огромные и наглые, размером с кошку, – всерьез беспокоили. Позже, почти перед самым переездом, кто-то посоветовал родителям завести фретку и выпустить в подпол. Хищный зверек передавил грызунов за считаные дни. Но до тех пор мальчик брал подушку, залезал на шкаф и устраивался в относительном комфорте и безопасности. Карабкаться по гладким вертикальным поверхностям крысы не умели. Когда отец или мать возвращались, Улыбка прыгал с шифоньера прямо на диван. Было страшновато, но весело. От таких прыжков диван со временем заметно продавился.

Вторая комната – большая, с красным паласом и огромным, во всю стену, пестрым персидским ковром. Комната была светлая и уютная. Детская кровать стояла в углу возле одного из окон, и при желании с кровати можно было перебраться на подоконник и вылезти в маленькую форточку на улицу. Мама не одобряла таких приключений, но Улыбка дожидался, когда она отворачивалась, тихонько стягивал из коридора зимние сапоги и выбирался на улицу, чтобы с восторгом обежать дом и зайти в дверь как ни в чем не бывало. Иногда получалось сделать два, а то и три круга, прежде чем вечно занятая мама замечала его баловство.

Когда семья покидала город, их дом подлежал сносу – в том месте планировали прокладывать теплотрассу. Пару лет назад Улыбка посмотрел снимки со спутника в Интернете и отыскал невредимый дом. Теплотрассу то ли сдвинули, то ли решили не проводить. Так или иначе, а дом уцелел. Соседние строения развалились от ветхости или были снесены, а старый одинокий дом продолжал стоять, будто нарочно дожидался прежнего хозяина, чтобы с ним попрощаться.

Каждый год Улыбка давал зарок, что непременно слетает на Север, хотя бы на несколько дней, чтобы познакомиться с городом детства и пройтись по родной улице. Но постоянно возникали обстоятельства, из-за которых поездка откладывалась. Незадолго до того дня, как Тольки не стало, Улыбка купил билеты. Собирался нагрянуть в городок в январе – в самый суровый и снежный месяц, когда температура опускалась до минус тридцати, а то и сорока градусов. Договорился на работе о краткосрочном отпуске, подготовил теплый пуховик и ботинки – без хорошей зимней одежды на Крайнем Севере долго не протянешь. Выбрал недорогую гостиницу, выписал на листок местные достопримечательности. Тольке похвастался. Тот велел фотографировать все на своем пути.

– Очень интересно поглядеть, где такие суровые парни рождаются.

Они встретились после работы в спортбаре перед самым Новым годом выпить по бокалу пива и поздравить друг друга.

– А мне интересно, живет ли кто-то в моем доме или он уже давно необитаем и неприкаян, – ответил Улыбка. – В первом случае придется заготовить трогательную речь, чтобы меня впустили внутрь на пять минут, поностальгировать. И ведь я понимаю, что нет там уже ни красного ковра, ни высокого шкафа… А все равно тянет посмотреть.

– Это нормально, – ободрил его Толька, сделав приличный глоток пива. – Детские воспоминания – самые сильные. Ты вот дом вспоминаешь. А я – дорогу до школы. Помню, проходил я одно место, где постоянно метались ласточки – низко-низко. Говорят, если птицы низко летают – к дождю. Но я тебе зуб даю, эти сумасшедшие ласточки кружили над самой землей вне зависимости от погоды.

– А сейчас?

– Что сейчас? – не понял Толька.

– Летают? На том же месте? Не проверял?

Толька посерьезнел.

– Проверял. Не летают. – И после паузы добавил: – Наверное, надо было летом проверить, а не зимой.

Оба рассмеялись.

Тогда они засиделись до глубокой ночи. Это был их последний разговор. Через несколько дней Тольку убили.

Глава 19

Ночью Лиза не спала – ждала, когда позвонит похититель. Понимала, что, скорее всего, раньше утра звонка не последует, но все равно ждала, вертя в руках телефон. Голова была пуста, словно кто-то вытряхнул из нее все мысли. Эмоции размазались, расплылись, как блин по сковороде, и лишь одно ощущение оставалось навязчиво внятным – усиливающийся, неконтролируемый озноб. Лизе казалось, что она медленно замерзает – холод пробирался под одеяло, проникал под одежду и просачивался под кожу, обволакивая тело изнутри. На какое-то мгновение Лизе померещилось, что ее промерзшие насквозь глаза вот-вот рассыплются хрустальной крошкой…

Заставила себя подняться с кровати и проверить сплит-систему. На табло горело +22 градуса, тогда как кондиционер гнал в помещение ледяной воздух.

«Так вот в чем дело», – отрешенно отметила Лиза, выключая испорченный прибор и возвращаясь в постель.