Читаем Амнезия души полностью

Наверное, Лиза не являлась идеальной матерью, потому что не умела сутки напролет возиться с ребенком и перекладывала основную часть забот на плечи специально обученного персонала. Но неспособность с головой погружаться в детские сопли и испытывать от этого экстатическое удовольствие, в чем поднаторело большинство мамаш, не уменьшала Лизину любовь к дочери. Если бы понадобилось отдать за ребенка жизнь или предать друзей – она бы не колебалась. Однако сперва обязательно бы прикинула: не существует ли иного, менее драматичного варианта?

Лиза всегда с легкостью справлялась с трудными задачами, имея талант к решению головоломок. Но в последнее время количество загадок в ее жизни превысило мыслимые пределы, и безупречно работавший мозг стал давать сбои. Дело было отнюдь не в эмоциональной вовлеченности – Лиза умела отделять разум от чувств. Дело было в том, что любой, самый совершенный механизм устает от безостановочного функционирования.

Случись похищение дочери два года назад, Лиза не впала бы в ступор, потратив впустую целую ночь. Она принялась бы немедленно обрабатывать имевшуюся в распоряжении информацию. Сопоставила факты, привлекла бы полезных людей. Уже к утру она бы знала, как вычислить преступника и как действовать дальше – чтобы не навредить дочери и не подставить товарищей.

Два года назад Лизу переполняли энергия и решимость. Еще не был отдан приказ убить мужа, и незнакомое доселе раскаяние не поселилось в груди. Еще не вспыхнула болезненная страсть к доктору Джекилу и не родилась безумная идея отравить его только за то, что он не ответил ей взаимностью. Еще не было унизительного плена и безысходного, иссушающего душу отчаяния. Не было странных мстителей, грозивших расплатой за старые грехи.

За два года на Лизины плечи обрушилось столько испытаний, словно кто-то наслал на нее проклятье. Будь она суеверной, уже давно бы сходила в церковь, свечку поставила или обратилась бы к ведуньям, облапошивающим честной народ.

Лиза отхлебнула водки и поставила бутылку обратно в холодильник. Напиваться сейчас нельзя. Нужно думать, и думать быстро.

Она подошла к окну. Внизу во дворе стоял автомобиль телохранителей. Ребята заступили на вахту.

Яркая вспышка сверкнула перед глазами. Лиза закрыла ладонью рот, сдерживая отчаянный крик. Если бы вчера она не дала охранникам выходной, то сегодня Настя была бы дома, под крылышком матери. Когда Вера гуляла с ребенком, или Артем, или Михаил находились поблизости. Обычно один телохранитель дежурил во дворе, а второй – на лестничной клетке. Тот, кто похитил Настю, знал, что вчера охрану отпустили.

Где-то на подкорке забилась слабая, не оформившаяся мысль. Она несла в себе необычайно ценную информацию, но какую именно – уловить не удавалось. Смутная догадка вертелась на кончике языка; Лиза кусала губы, пытаясь вычленить хотя бы одно слово, один намек, способный вытащить в реальную плоскость то, что засело на интуитивном уровне.

Ведь было же что-то. Какая-то нестыковка. Нечто очевидное. Разрозненные частицы, едва заметные по отдельности, но вместе создающие предельно ясную картину.

Гробовую тишину квартиры сотряс оглушающий звонок телефона. Сердце бухнуло и остановилось. Лиза подняла трубку:

– Алло.

– Елизавета Матвеевна, здравствуйте. Я места себе не нахожу. Есть ли новости? – Плаксивый женский голос резанул ухо.

– Нет, Вера, новостей нет, – раздраженно выдохнула Лиза, ощущая, как поднимается внутри удушливая агрессия против этой нескладной тупой размазни, не уберегшей маленького ребенка.

– Хотите, я приеду? Наверное, я должна дать показания полиции? Я дома. Если я сейчас выйду, то у вас буду через час.

– Вера, ехать никуда не нужно. Сиди дома и не высовывайся. Я свяжусь с тобой, когда ты понадобишься! – ядовито выплюнула Лиза и поспешила отключиться, чтобы не наговорить лишнего.

Потом, когда все благополучно завершится и Настенька вернется, она, Лиза, выскажет няне свое презрение и позаботится о том, чтобы никто и никогда не взял ее на работу. Не спасет Веру даже смазливый племянник. Пожалуй, с мальчишкой нужно будет порвать. Он хоть и не сделал Лизе ничего плохого, достаточно и того, что натворила его родственница.

«Не о том ты думаешь», – одернула себя она. Нужно было как можно скорее обозначить круг подозреваемых.

Может, это маньяк? Весьма сомнительно. Маньяку была нужна Лиза. Даже если бы он похитил ее дочь, то исключительно для того, чтобы обменять ее на сбежавшую невесту. Он понятия не имел о Лизином прошлом и уж подавно не интересовался аспектами гибели ее мужа.

И ведь даже в полицию не обратишься! Слишком уж щекотливая ситуация возникнет при объяснении требований похитителя. И дочь не спасешь, и сама за решетку угодишь.