Читаем Амазонка. Дилогия (СИ) полностью

Я запрыгала, придерживая несчастную, увечную конечность. Здоровенный смуглый детина глядел на меня с такой наивной и счастливой улыбочкой, будто родственницу во мне признал. Ростом он был, наверное, с Шелеста. Нет, скорее с Кроху — такой же огромный в плечах. Только длинный и худой.

— Чего тебе, бандит? Сломал девушке руку и счастлив! Душегуб! — рявкнула я, и парень расстроился.

— Ничего… — пробасил он, пожав широкими плечищами.

— Так иди своей дорогой! — с таким драться не в кайф. Стоит ему опустить кулак мне на голову, и я окажусь по самые уши в земле, аки цветочек — только поливать и удобрять не забывайте, люди добрые!

Стоило мне отвернуться и, протиснувшись между парнем и стеной, шагнуть к площади, как поняла, что его дорога так или иначе связана с моей. Я решила игнорировать эту улыбчивую угрозу и дёрнула в сторону постоялого двора, надеясь, что Шелест уж точно с ним разберётся. Преследователь, как и полагается, не отставал. Уже у самой харчевни мои нервы не выдержали:

— Да чего же тебе надо?

— Ничего. Просто решил проводить. — Глядя на меня наивными детскими глазёнками отчеканил парень.

— Я в провожатых не нуждаюсь!

Тут из-за моей спины раздался голос вампира, заставивший аж подпрыгнуть от неожиданности:

— У, волчьим духом пахнет!

Я пыталась разглядеть что-то в кустах, за заборами и углами. Но так ничего и не обнаружила. Ну не было оборотня нигде. А потом мой взгляд снова вернулся к раздражённому присутствием вампира парню. От осознания, что я проморгала очевидное, раскрыла рот, чуть не уронив челюсть на коленки.

— Ты… Тень? — я обошла крепкого парнишку. Хвоста не обнаружила. Вампир потешался над моей озадаченностью, оборотень с недоумением таращился на меня. Я же с трудом осилила новую информацию, которая раньше валялась у меня под носом: оборотень — существо оборачивающееся в другое существо, к примеру, в человека!.. Кстати, человек из волка получился очень симпатичный.

— А ты думала кто? — удивился Шел.

— Шакаре Рейно, — поклонился парень.

— Ах ты! Да ты… Да я… искала, переживала… — Естественно, похвалы за свой маскарад он от меня не дождался. Вместо распростёртых объятий, чуть не схлопотал затрещину, ради которой мне пришлось подпрыгнуть. Уклоняясь от нападок, Тень спрятался за вампира. Это смешно выглядело. Ведь он действительно оказался выше Шелеста.

— Может быть наш мудрый кровопийца вставит своё веское слово? — взмолился парень.

Шелест слегка повернул к нему голову и гордо, серьёзным отеческим тоном ответил:

— Скажет! — после чего съездил оборотню по физиономии. Тот рухнул на землю, потирая челюсть.

— Поздравляю с обращением. И мы, действительно волновались! — сказал, возвышаясь над ним Шелест, и протянул руку, помогая Шакаре Рейно подняться. — Пойдём.

Но длинный коренастый мальчишка, дёрнул друга на себя и вывалял вампира в пыли.

— Давно мечтал это сделать! — заявил он, а потом драпанул к харчевне, не дожидаясь пока поверженный опомнится и отомстит.

— Значит, испорченных вещей ему было мало, — бурчал, как старик тот, поднимаясь с земли и отряхивая одежду. — Так он мне ещё морду, тьфу ты, лицо набить хотел! Зачем ты подобрала это неблагодарное создание?!

Всю дорогу он бузил и препирался с оборотнем. Их пламенная речь кончилась только за столом, да и то по причине поедания жаркого. Тень, конечно, даже с набитым ртом пытался задирать вампира всякими глупостями. Как выяснилось, болтлив наш друг волк, ой болтлив!

— Ясно. Будем звать тебя Шака. — В какой-то момент решил вампир.

— Вообще-то это фамилия, но как хотите. — Оборотень не сводил глаз с мяса, и я пододвинула к нему свою тарелку.

— Ты расскажи, почему раньше не показывал свой человеческий облик? — поинтересовался Шелест.

— А зачем? С вами гораздо интереснее притворяться. К тому же, животного меньше стесняются…

Я покраснела, подсчитав сколько раз переодевалась в присутствии этого извращенца. А он растянул на физиономии очередную ухмылку, свидетельствовавшую: «Да, я такой!».

— Ко всему прочему, я не знал как перекинуться в человека. Но это получилось само собой. — Весело рассказал он. — Конечно, неприятно и немного больно. Но я смог.

— Раз уж у тебя язык развязался, поведаешь нам о себе? — отпил пива Шелест.

Шака помрачнел. Прошлое его было не тем, которое хочется вспоминать, а тем более рассказывать о нём.