Читаем Амальгама полностью

Он достал еще одно проволочное кольцо и расположил так, чтобы центры двух окружностей совместились друг с другом. Сами окружности, однако же, не совпали полностью; между ними оставался небольшой угол, так что по сути они соприкасались только в двух точках. – Представь себе два камня, которые движутся по таким окружностям. Они встречаются, пролетают мимо друг друга, разлетаются, а затем снова летят навстречу. Снова и снова.

Рои представила себе движение двух точек по паре колец. Слова Зака были правдой лишь наполовину: одной и той же закономерности подчинялось как расстояние между точками, так и расстояние между камнями. – Но ведь эти камни не движутся по окружностям, – сказала она. – Даже по таким большим, чтобы их можно было перепутать с прямой линией.

– Откуда тебе это знать? – парировал Зак.

– Потому что они прямо передо мной! Они от меня не удаляются!

– А с чего ты взяла, что сама стоишь на месте?

Происходящее уже с трудом укладывалось у нее в голове. Рои терпеливо ответила: «Потому что иначе я бы врезалась в стену пещеры».

– А с чего ты взяла, что стена тоже не движется? Что не движется весь Осколок?

Рои напрягла конечности, готовясь ответить, но поняла, что ей нечего сказать.

– Я считаю, что Осколок движется по огромному кругу, центр которого находится далеко от нас, в глубине Накала. Когда мы даем двум камням, смещенным относительно друг друга по оси шомаль-джонуб, возможность двигаться безо всяких помех, они сближаются, а затем снова отдаляются, как если бы перемещались по двум окружностям, разведенным на небольшой угол. И насколько я могу судить, время, за которое камни совершают полный цикл колебания, позволяет оценить время оборота Осколка вокруг отдаленного центра.

Рои снова перевела взгляд на камни. Первый, «подвижный», уже почти вернулся к центру трубки. Но если Зак был прав, значит, оба камня двигались абсолютно одинаково. В действительности между ними не было никакой разницы.

– Тогда что такое нулевая линия? – спросила она. – Что в ней особенного?

– Нулевая линия – это часть круга, по которой движется центр Осколка, – ответил Зак.

– Но почему только там действует невесомость? – возразила Рои. – Почему этого не происходит на других окружностях?

Зак указал на два камня. – Оба камня в равной мере невесомы, так как могут свободно двигаться по своим естественным траекториям. Единственное существенное различие между ними состоит в том, что камень, находящийся на нулевой линии движется синхронно с Осколком, поэтому его мы воспринимаем как «неподвижный», а другой – как «падающий».

– Когда ты находишься к шомалю от нулевой линии, траектория, по которой ты бы двигалась в отсутствие препятствий, ничем не отличается от траектории «падающего» камня, но поскольку стены туннелей и пещер не позволяют тебе двигаться подобным образом, их сопротивление проявляется в виде ощущения веса. Чем дальше к шомалю, тем больше разница между реальным и предпочтительным движением, тем сильнее камню приходится тебя толкать, чтобы удержать на шомале, и тем больше ты весишь.

Рои обдумала эти заявления, разрываясь между изумлением и скептицизмом. Она еще не была уверена в правоте Зака, но уже начинала понимать, как это грандиозное представление о весе и движении может сложиться в единую картину.

– Как быть с гармом и сардом? – спросила она. Рои силилась представить невероятную космологию Зака: шомаль и джонуб были направлены наружу из плоскости круга, по которому двигался Осколок, в то время как направления, параллельные нулевой линии, рарб и шарк – располагались по касательной к круговой траектории. – Центр расположен ближе к гарму или к сарду? – спросила она.

– К гарму.

Значит, ось гарма была направлена к к центру круга, а ось сарда – наоборот, от него. – Если я смещусь от нулевой линии к гарму, – задумчиво произнесла Рои, – но не к шомалю или джонубу, то я по-прежнему буду двигаться вместе с Осколком вокруг той же самой точки. То же самое будет верно, если я передвинусь к сарду. Почему же тогда эти окружности нельзя считать естественными траекториями по аналогии с движением вдоль нулевой линии?

– Здесь все становится сложнее, – признался Зак. – Я утверждал, что естественная траектория предполагает круговое движение вокруг некоторой особой точки, но, как мне кажется, это верно только при условии, что ты движешься с определенной скоростью. А эта скорость, в свою очередь, зависит от размера окружности.

– Центр Осколка наверняка движется по естественной траектории – в противном случае на нулевой линии бы не было никакой невесомости. Но со стороны гарма окружность будет чуть меньше, а со стороны сарда – чуть больше. При естественном движении по таким окружностям орбитальный период должен немного отличаться, но Осколок – это твердое тело, а значит, обязан двигаться как единое целое. Поскольку все его части должны совершать оборот за одно и то же время, скорость реального движения тел будет отличаться от скорости естественной круговой орбиты. А в таком случае естественная траектория уже не может быть окружностью.