Читаем Амальгама полностью

– Я и не рассчитывал на то, что ты бросишь свою команду.

– Очень мудро с вашей стороны. – Рои внезапно ощутила укол жалости к Заку, за которым последовал вероломный трепет предательства. Будь у Зака в засаде сорок соратников, – толпа эксцентричных вопрошателей, под влиянием которых она могла бы отречься от благородной монотонности полей, – такая судьба была бы не худшим исходом.

– Моя просьба не помешает твоей работе. Я просто хочу, чтобы ты сделала кое-какие измерения, пока будешь путешествовать по краю Осколка.

– Измерения?

– Для подтверждения весов. – Зак начал сворачивать карту. – Я не имею понятия, кто это нарисовал. И могу только догадываться о масштабе, в котором изображены расстояния и веса. А что, если карта неточна? Я не могу принимать ее на веру! Даже если она была корректна, когда ее рисовали, вдруг с тех пор что-то поменялось?

Рои все еще пыталась уложить в голове мысль об одиночной, частичной вербовке, но последняя реплика ее буквально потрясла. – Однажды я слышала историю, – сказала она, – о том, что веса растут.

– И стали настолько большими, что разорвали мир на части. Отсюда и наше название для того, что от него осталось.

– Вы считаете, это правда?

Зак помедлил. – Кто знает? Может быть, это просто в нашей природе – воображать, что в прошлом наш мир был больше и величественнее. Чтобы столкнувшись с собственными ограничениями, успокоить себя тем, что однажды мы были частью чего-то большего.

– Думаю, меня бы больше утешила мысль о том, что больший мир ждет нас в будущем, – пошутила Рои.

Зак отнесся к ее словам со всей серьезностью. – Само собой, но как? Стоит ли нам надеяться на встречу с нашими мифическими собратьями, которых унесло в сторону Накала?

Рои это уже начинало казаться чересчур странным. – Вы что-то говорили об измерениях?

– Да. – Зак снова раскрыл свой щиток и извлек из него длинную трубку, изготовленную из кутикулы сусков[3] Когда он протянул ее Рои, в движущемся свете стала видна расположенная внутри металлическая пружина, на конце которой располагался небольшой гладкий камешек.

Рои взяла трубку, стараясь не выказывать восхищения перед тем, насколько небрежно он вручил ей это невероятное устройство. – Видишь числа, вырезанные на боку? – спросил ее Зак.

– Да.

– Чем больше вес, тем сильнее растягивается пружина.

– Само собой. – Этот принцип был ясен, но как измерить точное направление? Сбоку трубки располагалось несколько тонких стержней; когда Рои потянула за один из них, он раскрылся, превратившись в похожую на веретено ногу. Помимо трех таких ног, прибор был оснащен системой более коротких стержней.

– Тебе нужно свизировать несколько опорных точек, – объяснил Зак. – А потом записать углы между каждой из ног и весовой трубкой.

– Кажется, задача становится не такой уж простой.

Собственно говоря, она становилась похожей на настоящую работу. Однако у чувств, которые в ней вызывали планы Зака, не было ничего общего с ажиотажем товарищеского духа. Он не конкурировал с ее командой; его предложение было совершенно иного рода.

– Тебе нужно просто записать несколько чисел, – заверил ее Зак. – Я не прошу тебя заниматься расчетами.

Он установил треногу и продемонстрировал. На стенах всех основных туннелей через регулярные интервалы были нанесены навигационные знаки; Зак разработал систему правил, с помощью которых на них можно было выбирать точки для правильной ориентации устройства.

– Вам стоит обратиться к кому-нибудь из бригады разметчиков, – предложила Рои. – Они ходят повсюду.

– Пробовал. Они отказались.

Когда Рои сама успешно произвела измерения, она сложила устройство и поместила его в пустовавшую правую полость вместе со свитком кожи для записи результатов.

Они расстались, пообещав друг другу встретиться на том же самом месте спустя тридцать шесть смен.

Когда Рои взялась за поиски места для отдыха, встреча с Заком начала казаться все более далекой и неправдоподобной, как будто она узнала о ней из третьих рук, а не испытала на собственном опыте. Зак говорил, что планирует найти и других помощников, но шансы на успех, по ее мнению, были невысоки. Уже сейчас ее собственная уверенность в том, что она сможет уделить время этой очаровательной и бессмысленной задаче, пошла на спад. Впрочем, сейчас она была утомлена, и даже мысли об уходе за зерновыми вместе с ее сокомандниками заставляли ее изнывать от скуки.

Она нашла в конце туннеля незанятую расщелину и забралась в гостеприимную пустоту разлома. До нее все еще доносился неумолкающий шелест ветра, но расположенная позади громада плотной породы была достаточно крепкой, чтобы отвести поток от ее выветрелого щитка.

Когда ее глаза прижались к камню, поле зрения заполнило бесформенное сияние. Весь Осколок светился теплом, идущим от Накала; даже находясь в укрытии, она по-прежнему купалась в волнах этого сияния.